Любовные ошибки леди Валери

Ему нелегко было признать, что безупречная репутация жены нужна ему больше, чем все богатства мира.

Решив, что молчание – знак согласия, герцог продолжал:

– Ее приданое – клочок земли, который много лет назад подарили ее предкам. Но сейчас земля официально находится во владениях Скаргилла, а он умер в долгах. Я распоряжусь, чтобы вместо земли ей выплатили вдовью долю.

Герцог имеет право на такие вещи.

– Она уже знает… о вашем решении?

Герцог улыбнулся.

– Я подумал, что ты сам передашь ей хорошую новость.

Гил сомневался, что Валери сочтет новость такой уж хорошей.

– Завтра я уезжаю в Лосфорд. Когда я вернусь…

– Нет. Сейчас! Ты скажешь ей обо всем до отъезда. Гил вздохнул. Может быть, подумал он, фортуна ему улыбнулась. Он поклонился и вышел. Какой бы своевольной она ни была, он надеялся, что она ему не откажет.

– Сэр Гилберт просит вас выйти к нему.

Валери огляделась по сторонам. Шепот пажа был слышен только ей. Королева спала, а другие дамы, как всегда, подчеркнуто игнорировали англичанку.

Никто ее не хватится.

Она отложила в сторону ненавистное вышивание и следом за пажом вышла в приемную, стараясь не краснеть при воспоминании об их последней встрече. Все ее предыдущие разговоры с сэром Гилбертом были неприятными. Что снова привело его к ней? Может быть, он хочет предупредить ее против сплетен о леди Кэтрин и монсеньоре Испании? Не нужно. Пустая болтовня лишь навредит Кэтрин и королеве.

Мрачная складка его губ не успокоила ее. Его прозвали Кастильским волком.

Сегодня он в самом деле был похож на волка. Что бы он ни собирался ей сказать, едва ли это что-то хорошее.

Она вспомнила легенду: «Если волк увидит человека до того, как человек увидит волка, человек лишится голоса. Если человек увидит волка первым, волк больше не сможет быть лютым».

Судя по всему, он увидел ее первым.

Она подошла к нему, и он сухо поклонился.

– Я должен поговорить с вами наедине. Давайте пройдемся.

Валери жестом отпустила пажа и последовала за сэром Гилбертом в коридор.

Он шагал шире, чем она; ей пришлось почти бежать, чтобы поспевать за ним, и все равно она отставала.

Наконец, по-прежнему с мрачным видом, он повернулся к ней.

Она остановилась чуть поодаль и ответила ему таким же взглядом.

– У меня не такие длинные ноги, как у вас!

Какая-то тень мелькнула у него на лице, как будто она его пристыдила.

Она снова забежала вперед, говорила так, словно имела право ему возражать.