Чародейка

– В твою? Это мысль. И знаешь что? – Маркус посмотрел на меня

внимательно, – отныне ты его целительница и сиделка.

– Хорошо. Через пять минут я буду в его комнате.

Носилки пронесли мимо меня. Бледное лицо на подушке, разметавшиеся волосы, трехдневная щетина. И все-таки, это был он. Ивар.

Через пятнадцать минут в бывшей моей комнате развернулась операционная. Только я и Маркус. И раненый. Ему досталось крепко. В бедре торчал здоровый арбалетный болт, от которого прямо-таки несло темной магией… Сломанные ребра.

Рана на голове, по счастью, оказалась скользящей Несколько часов ушло у нас с Маркусом на преодоление злых чар, прежде чем болт стало возможно извлечь и начать сращивать кости. Заговоры, регенерирующие повязки, бинты, швы. Все было сделано. После этого операционные принадлежности унесли и принесли кушетку. «Эль, тебе придется быть с ним днем и ночью. Очень важно. Тебе будут приносить все необходимое. Так надо».

Я только кивнула. Сил говорить уже не оставалось.

Несколько дней раненый бредил, не приходя в сознание.

Я делала все необходимое. Иногда я проваливалась в полусон, но и при этом не переставала шептать заклинания.

Слава Мирозданию, я видела, что ему становилось легче. Ушла мертвенная бледность, ее сменил жар. Но это было уже на пользу. Наконец, раны перестали воспаляться. Начался процесс заживления.

Я смотрела на его профиль на подушке. Как причудливо поворачивается жизнь! Я мечтала об этом мужчине. И вот он тут. Раненый, но еще больше привлекательный.

И я могу помочь ему!

Ночью Ивар вдруг очнулся.

– Зерлинг! – вскрикнул он.

– Тихо, тихо.

– Где я?

– Ты ранен, в госпитале. Все будет хорошо.

– А дракон? Что моим драконом?

– Я не знаю. Но я попробую узнать.

– Не надо. Я сам, – он закрыл глаза и сосредоточился.

– С ним все в порядке, Слава Мирозданию.

Волна облегчения пробежала по его телу, напряжение ушло. И Ивар уснул, теперь уже спокойным сном.

На следующий раз он очнулся через сутки. Я принесла мыльный раствор.

Было время гигиенических процедур.

Ивар наблюдал за моими движениями, когда я протирала ему грудь, руки. Вдруг он схватил меня за руку.

– И как далеко ты готова зайти, Принцесса? – я чуть не выронила губку. Он узнал меня, хотя белое одеяние целительницы очень сильно отличалось от бордового бального платья. И я сама бы себя сейчас не узнала. Усталая и бледная, волосы убраны.

– Хорошо, мойся сам. Вот тебе губка.

– Отвернись. Или можешь не отворачиваться.