Когда приманка сработала

Светская львица, которая жила с ним после их развода, съехала, или же какой-то новый роман не заладился.

Она знала, что Райан терпеть не может быть в одиночестве. Он всегда относился к Райли и Эприл, как к последнему пристанищу. Если она примет его назад, то продлится это лишь до тех пор, пока он не встретит новую женщину.

Райли сказала:

– Думаю, тебе придётся помириться со своей последней девушкой. Или предпоследней. Даже не знаю, сколько их у тебя было со времени нашего развода. Сколько, кстати, Райан?

Она услышала в трубке вздох.

– Райан, на самом деле ты не вовремя.

Это была правда. Она только что встречалась с милым мужчиной, который ей нравится. Зачем это портить?

– Когда будет подходящее время? – спросил Райан.

– Не знаю, – сказала Райли. – Я тебе сообщу. Пока.

Она положила трубку. Во время всего телефонного разговора она ходила по комнате, теперь же села и глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.

Потом она отправила сообщение Эприл.

«Возвращайся прямо сейчас».

Буквально через несколько секунд пришёл ответ:

«Ок. Я уже иду. Прости, мам».

Райли вздохнула. Теперь Эприл казалась обычной. И скорей всего какое-то время она пробудет такой. Но что-то всё равно не так.

Что у неё происходит?

ГЛАВА ПЯТАЯ

В своём тускло освещённом мрачном логове Скрэтч лихорадочно ходил взад и вперёд между сотен часов, стараясь всё подготовить. До полуночи оставалось всего несколько минут.

– Почини часы с лошадью! – кричал дед. – Они отстают на целую минуту!

– Я сделаю, – сказал Скрэтч.

Скрэтч знал, что его накажут в любом случае, но если он не подготовит всё вовремя, наказание будет особенно суровым. Прямо сейчас в руках у него было несколько других часов.

Он починил часы со скрученными металлическими цветами, которые отставали на целых пять минут. Теперь он открыл дедушкины часы и немного передвинул минутную стрелку вправо.

Он проверил большие часы с оленьим рогом – они часто отставали, но сейчас показывали правильное время, и наконец починил часы с лошадью, ставшей на дыбы.

«Пойдёт, – сказал дедушка. – Ты знаешь, что теперь делать».

Скрэтч послушно подошёл к столу и взял кнут. Это была плётка-девятихвостка, дедушка начал наказывать его ею с самого раннего возраста.

Он прошёл в конец своей берлоги, в отгороженный железной решёткой угол.