Когда разбиваются мечты

Агент Варгас была новенькой, плотно работавшей вместе с ними над их последним делом. Их обоих впечатлила её работа.

– Её лодыжка ещё не зажила, – сказал Билл. – Ей как минимум месяц нельзя возвращаться к оперативной работе.

Дурацкий вопрос. Когда она, Билл и Люси работали над делом Юджина Фиска, так называемого «цепного убийцы», Люси упала и сломала ногу; её чуть не убили тогда. Конечно, она не могла так скоро вернуться к работе.

– Не знаю, Билл, – сказала Райли. – Этот перерыв от работы пошёл мне на пользу.

Я думаю о том, чтобы отныне заниматься лишь преподаванием. Всё, что я могу сказать тебе, это то же, что я сказала Мередиту.

– Что ты подумаешь над этим.

– Верно.

Билл недовольно простонал.

– Мы хотя бы можем встретиться и обсудить это? – спросил он. – Может быть завтра?

Райли на мгновение замолчала.

– Не завтра, – сказала она. – Завтра я буду смотреть, как умирает человек.

Глава пять

Райли заглянула через окошко в комнату, в которой вскоре должен был умереть Дерек Колдуэлл.

Она сидела рядом с Гейл Бассет, матерью Келли Сью Бассет, первой жертвы Колдуэлла. Этот человек убил пятерых женщин, прежде чем Райли остановила его.

Райли долго колебалась, принимать ли приглашение Гейл на казнь. Она только однажды была на подобном мероприятии, в тот раз она была волонтёром и сидела среди журналистов, юристов, сотрудников полиции, духовных наставников и старшины присяжных. Теперь они с Гейл среди девяти родственников женщин, убитых Колдуэллом, забились вместе в тесное пространство и сидели на пластиковых стульях.

Гейл, сухонькая женщина лет шестидесяти, обладала утончённым, птичьим лицом, все эти годы она поддерживала связь с Райли. К моменту казни успел умереть её муж и она написала Райли, что ей не с кем посмотреть на такое важное событие. Так что Райли согласилась пойти с ней.

Смертная камера была прямо по другую сторону окошка. Единственной мебелью в комнате была кушетка для казни, перекрещенная ремнями.

В изголовье кушетки висела голубая пластиковая шторка. Райли знала, что за ней находится капельница и смертоносная инъекция.

Красный телефон на стене соединялся с кабинетом губернатора. Он мог зазвонить лишь в случае, если в последний момент преступника решили помиловать. На этот раз никто этого не ожидал. Единственным украшением в комнате помимо этого были часы, висящие над дверью в комнату.