Почти Потеряла

Или она ждёт ребёнка и не хочет, чтобы другие об этом узнали.

Кэсси бросила взгляд на Дилана, стоявшего слева от неё, посмотреть, слушает ли он их разговор, но он рылся в карманах и казался озадаченным.

Мэдисон нахмурилась, когда обдумала слова Кэсси.

– Хорошо, – сказала она. – Я буду помнить об этом в следующий раз.

Кэсси вздохнула с облегчением, что её логика была понятой.

– Хочешь яблоко в карамели?

Кэсси передала Мэдисон её яблоко, которое та спрятала в карман, а другое вручила Дилану.

Но когда она протянула ему яблоко, мальчик отмахнулся.

Не веря своим глазам, Кэсси увидела, как он разворачивал один из леденцов из магазина, в котором они только что были.

– Дилан, – начала она.

– А, нет, я тоже хотела один из этих леденцов, – пожаловалась Мэдисон.

– Я взял и для тебя, – Дилан полез в глубокий карман своего пальто и к ужасу Кэсси, достал оттуда ещё несколько штук.

– Вот, – сказал он и протянул ей леденец.

– Дилан! – внезапно Кэсси почувствовала, что у неё перехватило дыхание, и её голос стал звучать высоко и напряжённо.

Мысли лихорадочно крутились у неё в голове, и она отчаянно пыталась понять, что же только что произошло. Может быть, она неправильно поняла ситуацию?

Нет. Дилан не мог купить эти конфеты. После неловкого комментария Мэдисон, она поспешно вывела детей из магазина. У Дилана не было времени их оплатить, тем более, что сотрудница магазина не очень ловко справлялась со старомодным кассовым аппаратом.

– Да, – отозвался мальчик, вопросительно глядя на Кэсси, и девушку пробрал мороз от того, что в его бледно-голубых глазах не было никаких следов эмоций.

– Мне кажется ты забыл заплатить за них.

– А я и не собирался платить, – небрежно ответил мальчик.

Кэсси уставилась на него, потрясённая до глубины души.

Дилан только что хладнокровно признался в том, что совершил воровство из этого магазина.

Она и представить себе не могла, что сын Райана способен на такое.

Кэсси никогда не встречалась с такой ситуацией на своём опыте и не знала, как ей следует на это реагировать. Она была потрясена тем, что тот образ идеальной семьи Райана, в который она верила, на самом деле был далёк от реальности. Как же она могла так ошибиться.

Сын Райана только что совершил преступление. И что хуже того, он не проявлял ни сожаления, ни стыда, ни малейшего признака того, что понимал чудовищность своих действий.