Прежде чем он захочет

Этот парень явно помешанный. Очень целенаправленный. И, вероятно, не гнушается особой жестокостью».

«Поправьте меня, если я ошибаюсь, – произнесла Макензи, – но полиция Майами рассматривает оба эти дела по статье незаконное проникновение в жилище, так?»

«Мы так считали сначала, – ответила Дэйни. – Однако после тщательного осмотра следов взлома и кражи не обнаружилось. Тем более, принимая во внимание факт, что за одну неделю были убиты две семьи, дело всё меньше и меньше подходит под эту статью».

«Согласна, – отозвалась Макензи.

 – А как пары были связаны друг с другом?»

«На первый взгляд никакой связи между ними нет. Однако мы работаем над этим».

«А что насчёт Стерлингов, есть ли в доме следы борьбы?»

«Нет, ничего».

Макензи снова взглянула на фотографии, и в глаза сразу бросились две схожие детали. От одной из них по спине сразу побежали мурашки.

Макензи снова посмотрела на фото семьи Куртц. Рука жены свободно лежит на бедре мужа.

Очевидно одно: это действительно дело рук серийного убийцы.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

По пути в участок Макензи следовала за Дэйни. Пока они ехали, она заметила, что Харрисон делает заметки в блокноте, которым он был занят практически всю дорогу из Вашингтона до Майами. Перестав писать, Харрисон вопросительно посмотрел на Макензи.

«У тебя уже есть какая-то теория, не так ли?» – спросил он.

«Нет. Никакой теории у меня нет. Но я заметила на фотографиях несколько вещей, которые мне показались немного странными».

«Не хочешь поделиться?»

«Не сейчас, – ответила Макензи.

 – Если я буду рассказывать об этом сейчас, а потом ещё и в участке, то начну заново всё это переосмысливать. Дай мне время разобраться что к чему».

Усмехнувшись, Харрисон вернулся к своим записям. Он не обижался на Макензи за то, что она утаивала от него что-то (хотя это было не так) и не давил на неё. Он делал всё возможное, чтобы оставаться одновременно послушным и полезным, и Макензи ценила это.

По дороге в участок она начала замечать, как то тут, то там между домами мелькает океан.

Она никогда не была очарована морем, как другие люди, но всё равно ощущала его притяжение. Даже сейчас, выслеживая преступника, Макензи чувствовала ту свободу, которую символизировал океан. Высокие пальмы и жаркое полуденное солнце Майами делали его ещё прекраснее.

Спустя десять минут Макензи проследовала за Дэйни на стоянку перед большим зданием полиции. От него, как и от всего в этом городе, веяло пляжной атмосферой.