Сердце льда: для влюбленных в фигурное катание

А те, кто пришел в фигурное катание после балета или просто достаточно поздно, продолжают прыгать вправо.

Не знаю, почему у меня тогда так получилось. От волнения, наверное. Но это был важный нюанс, на который тренеры всегда обращают внимание, – с какой ноги начинает выполнять упражнения фигурист. Тест я в итоге сдала, конечно. И к концу моего обучения на катке «Пингвины» у меня был третий юношеский разряд.

Казусы, когда на соревнованиях из-за нервов что-то идет не так, случаются сплошь и рядом. Взрослые спортсмены за годы тренировок и выступлений вырабатывают собственные ритуалы, с помощью которых настраиваются на хороший прокат.

Я тогда была маленькая, полноценных выступлений у меня еще не было, поэтому, когда мы с Анной Евгеньевной поехали на мои первые соревнования, которые проходили как у взрослых, под музыку и в красивом костюме, без приключений не обошлось.

У меня сохранилась фотография, на которой я стою в костюме для своего первого номера. Мы ставили «Цыганочку» и специально к выступлению бабушка практически за ночь сшила костюм.

Она купила в магазине для фигурного катания готовый недорогой комплект и переделала его. В итоге получились черные лосины и поверх них черное бархатное платье. А на груди пайетками был вышит ярко-красный огонь.

Мне было семь лет, и я ужасно волновалась. Меня буквально сковало от ужаса – я не понимала, как сейчас выйду на лед и откатаю программу перед таким количеством незнакомых людей. И хотя на детские прокаты приходят посмотреть в основном только родители, для меня там было слишком много незнакомых людей.

А судьи, казалось, только и ждут того, что ты упадешь. Руки были ледяными и никак не согревались, а живот скручивало от страха.

Но вдруг все прошло. Я смотрела на прокаты соперников и не могла понять, почему меня так трясло. Что такого страшного было пять минут назад? Самые обычные соревнования, ничего особенного. Я согрелась, с умиротворением закуталась в свою спортивную кофту и решила закрыть глаза. Я вполне успевала немножко поспать перед своим выходом.

Анна Евгеньевна, увидев мое состояние, схватилась за голову – я была как кукла-неваляшка. Меня можно было перекладывать с места на место, прислонить к стенке, положить на пол, мне было все равно. Главное, чтобы меня не дергали и дали немножко подремать.

Она схватила меня в охапку и побежала к моей маме:

– Оля, что с ней происходит? Ничего не понимаю. Была нормальная, а сейчас стала какая-то странная.