Иные. Остаться в живых

Глядя на маринованные огурчики, закатанные в стеклянную банку.

– Нам только пьянки не хватало, – недовольно пробурчал Макс. – Ум должен быть трезв, а не затуманен.

– Да ладно тебе, капитан зануда, – поддел его Виктор, беря бутылку из рук Фимы. – Что будет-то, если мы по рюмке дерябнем?

– Когда это, вы рюмкой обходились? – Тем же ответил ему Макс, принявшись открывать банки с маринадом.

Фима плюхнулась на нижнюю полку – кровать, что была напротив той, где спала Элла и, достав из своей сумки шоколад, блаженно закрыв глаза, откусила от плитки.

К удивлению всех, первой взяла со стола, наполненный горячительной жидкостью, рюмку, Евгения и, намахнув её, произнесла. – Такие как я, не пьянеют.

– Как это? – Фима приоткрыла один глаз.

– От чего происходит опьянение? – Вопросом на вопрос, ответила Евгения. – Кислород прекращает поступать в клетки мозга, в результате этого человек начинает страдать кислородным голоданием. Он думает, что просто пьян, хотя на самом деле некоторая часть его мозговых клеток вымерла.

Таким образом, отмирание клеток воспринимается опьяневшим как некий отрыв от внешнего мира. Опьянение – это в первую очередь разрушение клеток мозга. А я, заставляю регенерировать погибшие клетки. Соответственно, кислород продолжает поступать. Ни какой жидкости, а значит, и ни какого опьянения.

Виктор тут же поставил рюмку обратно на стол. – И почему я не знал, что от алкоголя погибает мозг?

– От бокала вина, вреда не будет, – ввернула Евгения. – И к тому же, отмирают лишь малые доли.

Ведь в противном случае, человечество уже давно бы вымерло.

– Не важно, – Вик отряхнул ладони и, вновь принялся разбирать моторчики от детских игрушек.

Макс не вольно хохотнул. Евгения и Виктор продолжили спорить, но уже значительно тише.

Агата сидела в углу, хмуря брови, о чём-то напряжённо думая.

Фима, увлечённо поедала маринованные огурчики из банки. А Элла, всё ещё спала под действием хлороформа.

Макс, стащил с верхней полки, кое – где потрёпанный временем, плед и укрыл им девушку.

Это его действие заметила Фима и уголок её губ дрогнул.

Если б Элла сейчас проснулась, уверена, он бы сквозь землю провалился, – думала Фима.

Серафима дожевала последний огурец и, порывшись на полке, нашла полотенце. Здесь, в этом бункере, был душ. Который сейчас, был как нельзя кстати.

Струи прохладной воды, приятно холодили кожу и остужали воспалённый разум.

Фима прекрасно понимала, что эта иная тот же кровожадный монстр.