Одна нога здесь… Книга третья

Но к чему мне подробности местных верований? Хулиганы были так напуганы случившимся, что при строгом расспросе, учиненном хозяевами разоренного мной огорода, взяли на свой счет и эту вину. Им влепили по месяцу исправительных работ, а мне вышло очередное повышение оплаты.

Чтобы больше так не рисковать, спущусь-ка я в те катакомбы под городом. Там нет риска случайно убить кого-нибудь постороннего, и можно не опасаться, что тебя заметят. То, что здесь темно, мне не помешает. Наоборот, это очень хорошо! Во-первых, в темноте гораздо лучше сосредотачиваться на «пути воина».

А во-вторых надо же учиться бою с закрытыми глазами, чтобы развивался ещё и слух. Мой сэнсей Яосицукоми не единожды рассказывал, что только используя слух можно биться с любым числом противников».

Запись 12. «Снова сел за бумагу и тушь после очень долгого перерыва. Писать было не о чем. Всякие мелкие бытовые подробности моего здесь пребывания вряд ли заслужат благосклонность читателя. Да и сам я вскоре освоился настолько, что перестал обращать внимание на разницу между нашими культурами.

Я написал «культурами»? Что ж, и за варварами надо признать некоторое её наличие.

Я было описал свой путь сюда и кое-что из того, что случилось здесь, в Синь-Бао-Го-Ро-Си-Ко. Потом забросил писательское ремесло, и даже какое-то время думал, что потерял свой дневник, но нет. Как-то раз, в пору душевного отчаяния, я снова отыскал его, и вписал туда маленькую историю своей любви, что повлекла за собой все последующие события. Теперь я снова взял себя в руки и могу писать дальше.

О, Митикоси, Митикоси… Ждешь ли, надеешься ли, что твой Хатэтуримо вернется живым и с Зеркалом в придачу?

Перечитав написанное, я вырвал тот лист и поместил его первым в своей тетради – пусть с него все и начинается.

Снова сев за записи ты словно уносишься мыслями в прошлое…

Но я отвлекся. Итак, с момента моего отбытия из Ниппон минуло уже три года. Три долгих, бесконечно долгих года. Я высчитал это приблизительно, ибо на самом деле точного времени не знаю, сбившись со счета дней ещё в пути, когда меня свалила лихорадка.

Здешние времена года и местное летоисчисление, столь не похожие на наши, не дают мне возможности толком определить, какой сегодня день и даже месяц. Сейчас, кажется осень. По крайней мере, так утверждают варвары. Что ж, пусть это – будет осень.

Я здесь, в этой таинственной стране, что наши географы очень неуверенно чертят на своих картах, и тысячи тысяч ри[35 - 1 ри = 1,927 км (яп.).