Учение – тьма. Ангел спустится с небес…

Истерики не было только по причине шока вселенского масштаба.

Я держал женскую кисть, отрезанную чуть дальше запястья. На тонких пальцах красовалась пара колец, ногти выкрашены в синий цвет, рука деловито щекотала мне ладонь. Стоило только внимательнее к ней присмотреться, как конечность окончательно оживилась, перевернулась линиями вверх, и мир вокруг качнулся.

Я видел жизнь колдуньи с иссиня-чёрными волосами, которая дробно, как в разорванном комиксе, крутилась перед моим взором. Вот владелица кисти взмахивает жезлом и поднимается армия мёртвых, они идут на штурм замка.

Вот девушка ловко околдовывает заклинанием красавца во фраке, по виду сущую нежить, и кружится с ним в вальсе по большой зале.

Всё скомкалось, я пришёл в чувство от ощущения перемещения. Комната вращалась, как огромная шестерёнка, вокруг своей оси. Под полом и в стенах клацали механизмы, приводя в движение не только это помещение, но как оказалось, и соседние – такие же круглые, полные рук. Множество комнат повернулось друг к другу проходами, образовав один большой зал.

– Ну ох… – вырвалось у меня, но движение в глубине заставило меня закрыть рот ладонью.

Кто-то ходил среди полок, аккуратно касаясь тех или иных экспонатов. Человек явно чувствовал себя спокойно среди обрубков конечностей. По понятным причинам я не очень хотел, чтобы меня тут засекли, всё здесь принадлежало Ингефорцу, помещение было скрыто от глаз, значит, маг не очень хотел, чтобы по нему бродили любопытные ученики в свободное время.

Да и о праве неизвестного находиться здесь невольно возникали вопросы.

Я сполз с кресла и забился под один из столов, стоящих в комнате. Непрошеный гость подошёл поближе, мне удалось рассмотреть мужчину, попавшего в пятно света. Невысокий, лысеющий с благообразной внешностью, он не вписывался во мрак этого места. На нём так хорошо сидел коричневый пиджак старого кроя, что казалось, будто он вышел из английского салона прогуляться и затерялся между мирами.

Джентльмен неспешно двигался вдоль рядов пугающей коллекции и, судя по шевелящимся губам, что-то негромко бормотал.

По мере приближения его к моему укрытию, я все чётче различал слова.

– Мизрабелл, Мизрабелл, куда же ты его дел, Вильгельм? – шептал мягким голосом неуместный в антураже мрачной башни незнакомец. – Неужели ты уже впитал эту жизнь, поглотил мощь?

Пройдя полукругом по всему помещению, он замер у одной из полок, глядя вверх.