Цена бессмертия

 – А ты, кстати, не говорила.

– Она тебе позвонила и рассказала об этом еврее, – напомнила ему Марсия.

– Извини, – Эндрю виновато взглянул на Инель, – про еврея я помню. Я просто подумал, что…

– Ты думаешь, это тот англичанин? – нервно спросила Инель.

– Точно не уверен, но вполне допускаю. Странно то, что не назвал он никого. Или такой верный, или действительно говорил правду.

– Подожди, – остановила его Инель. – Ты пытал раненого? Ты…

– Я просто желаю знать правду и обеспечить твою и Марсии безопасность, – перебил ее он.

 – И не буду стесняться в методах, – добавил Эндрю.

Мать и дочь переглянулись.

– Надеюсь, ты поняла, что все это довольно опасно, – сказала Марсии мать.

– Но как долго все это будет продолжаться? – обратилась к Эндрю Марсия. – А то получается, что у меня теперь просто нет личной жизни.

– Во-первых, – холодно заговорил он, – ты слишком юна, чтобы рассуждать о личной жизни. Во-вторых, – продолжил он, – если ты не будешь выполнять требования безопасности, у тебя не будет никакой жизни.

Тебя просто похитят и потребуют в обмен на тебя алмаз. Алмаз мы, разумеется, отдадим, но гарантировать, что тебя вернут, я не берусь.

– А почему бы не продать этот алмаз? – спросила Марсия. – Тому же из Саудовской Аравии, – вспомнила она услышанное, – и все будет, как всегда, и к тому же мы станем богаче на несколько миллионов. Сейчас кризис, и лишние миллионы никак не помешают, – улыбнулась она.

– Я, например, мечтаю найти еще пару-тройку подобных камней, – признался Эндрю.

 – А если говорить обо всех семи, то это огромное состояние. И я хочу, чтобы осталось все это тебе, – тут же уточнил он. – Нам с твоей мамой вполне хватит того, что уже есть, тем более дела все-таки идут не так и плохо. В конце концов мы сумели довольно выгодно продать несколько экземпляров ангольской графики восемнадцатого века. По крайней мере так…

– Я слышала, – кивнула Марсия. – А ты хочешь, чтобы я признала тебя отцом и взяла твою фамилию? – неожиданно для взрослых спросила девушка.

Те переглянулись.

– Ну, – пожал плечами Эндрю, – разумеется, я бы хотел, чтобы моя дочь носила мою фамилию.

– Но меня более устраивает фамилия Леберти, – улыбнулась Марсия. – Все-таки папа, ну, Жан де Леберти, был…

– Хватит, – увидев прищур полыхнувших злостью глаз Эндрю, остановила ее мать. – Позволю себе напомнить, что Инель Леберти я, и я не собираюсь менять фамилию, – посмотрела она на него.