Киллера заказывали?

– Однако тут что-то непонятное произошло, – вернулся полковник к прежней теме. – Оружие киллер не оставил. Интервал между убийствами минимален, и тем не менее исполнитель был один и тот же. Правда, в это мне верится с трудом, но в этом направлении тоже работать надо.

– Марку винтовок узнаем, легче будет, – высказался человек в камуфляже.

– Привет! – Михаил поцеловал в щеку встретившую его у двери Елизавету и протянул ей розы.

– Спасибо, милый. А ты быстро решил мою проблему, – усмехнулась она.

– Не люблю откладывать дело в долгий ящик, – самодовольно улыбнулся он.

– Теперь все мое. И поэтому не придется…

– Милиция подумает так же, – перебил ее Михаил. – Поэтому готовься выглядеть убитой горем вдовой. Конечно, они узнают, что мы с тобой. И это тоже вызовет немало неприятных вопросов, но, надеюсь, мы это переживем.

– Даша! – окликнула Елизавета проходившую на кухню горничную. – Накройте на стол.

– Хорошо. – Даша взглянула на Михаила и быстро пошла на кухню.

– А она не ляпнет лишнего о нашем разговоре? – спро-

сил он.

– Успокойся. Здесь еще не то говорили. Я знаю, кого держать в доме.

– Какие новости из Вологды?

– Да пока ничего не известно. Илья даже не звонил. Но видимо, что-то там у него не получилось, иначе он сделал бы широкий жест и отдал мне гораздо больше, чем обещал. Правда, сейчас о нем можно забыть, как о дурном сне.

– Но ведь сын вырастет и спросит об отце. Да и сейчас может этот вопрос задать. Я, например, первый раз в двенадцать лет мужику нож всадил… Вот так усну у тебя и проснусь с перерезанным горлом.

– Прекрати! Саша никогда не любил Илью. Тот его слабаком постоянно называл. Сашка математику любит, компьютер, он даже читает в основном научные книги.

– Это плохо. Ребенок, у которого детства не было, может вырасти плохим человеком. Это не я придумал.

– Слышала, – согласилась Лиза. – Но какое могло быть детство у Саши, если крутой папочка заставлял его бить мужиков по лицу и писать им на голову?…

– Я об этом слышал.

– Относись к нему как к младшему другу.

– А что ты думаешь о нашем общем ребенке? – обняв ее, спросил Михаил.

Елизавета засмеялась.

Даша понесла в комнату поднос, на котором стояли бутылка коньяка, бутылка шампанского и ваза с фруктами. „Это мы еще посмотрим“, – подумала она, услышав разговор.

– Ты хлеб купила? – спросила мать вошедшую в комнату Настю.

– Да, – кивнула та.