Оживить Сердце Дракона

Молодая официантка, поставив на поднос бутылки, подошла к столику. Сидевший напротив пьяного плечистый китаец оценивающе осмотрел ее.

– А выглядишь ты здорово! – Он звучно хлопнул девицу по тугим ягодицам. Официантка, поставив на стол поднос, взяла бутылку за горлышко и наотмашь ударила его в лоб. Тот упал. Подвыпивший вскочил. Официантка, легко увернувшись от удара, двинула его ребром ступни по колену. Вскрикнув, он осел. Удар основанием ладони уложил его на пол. К столику бросился хозяин кафе. Девушка, проскочив мимо, выбежала на улицу и сразу свернула в узкий переулок.

– Правильно она их! – громко заявила полная китаянка. – Приехали из Европы и ведут себя как скоты.

– Осторожнее! – поймав бегущую официантку, крикнул французский матрос.

– Извините! – отпрянув, по-английски попросила она. – Я вас просто не увидела. Прошу прощения. – Девушка тут же побежала дальше.

– Вот тебе и Китайская Народная Республика, – проворчал матрос. – А ты, Жак, пробовал китаянок? – спросил он смотревшего вслед официантке приятеля.

– Не приходилось. Но обязательно попробую. Я в Японии был, но как-то не повезло. Уж больно холодной оказалась. – Он рассмеялся.

Пекин

– После того, – сделав глоток из чашки, проговорил пожилой китаец в широком шелковом халате, – как ее освободили, в университет она, разумеется, не вернулась. Я ее иногда видел. Ин была способной студенткой и наверняка добилась бы многого, если бы не очутилась среди протестующей против учебных реформ молодежи.

Она работала сначала в библиотеке, потом мать забрала ее в цирк. Могу сказать, что мать Ин, Лейфа, в последний раз, когда я ее видел, была чем-то сильно встревожена и просила меня оставить Ин у себя на неделю. Говорила, что дочь нездорова, а у нее гастроли. Но гастролей не было. А я как раз в это время уезжал на всемирный симпозиум.

– Когда вы последний раз видели Ин? – спросила Мэй.

– Сразу после того, – подумав, ответил мужчина, – как услышал по телевизору о гибели Лейфы.

Но ведь ее убили. По крайней мере так говорила Ин. Она пришла ко мне вечером, была испугана. Почему-то много расспрашивала о занятиях своей мамы санчин-до. Я был инструктором у женщин по подготовительной части этого вида. Затем Ин почему-то поинтересовалась Россией. Она неплохо говорит по-русски, как и ее мать. А вы, наверное, родственница Ин?

– Да, – кивнула Мэй. – Как вы догадались?

– Вы очень похожи на ее мать, – сказал профессор.