Проклятие старого ювелира

Знаешь, я сначала расстраивалась, да и многие на меня с усмешкой или жалеючи смотрели. А некоторые даже советовали аборт сделать, а потом, когда Ваня родился, предлагали в детдом его отдать. А я…

– Если бы ты это сделала, – перебил Вячеслав, – сам бы тебя пришиб. Коли забеременела, рожать должна. А мы с этим делом справимся. Только мне все-таки хотелось бы узнать, от кого Ванюшка.

– А зачем? Поедешь морду бить и за честь сестры заступаться? Так он меня не насиловал. Обещал, было это. Но всю жизнь так было и будет всегда, пока люди живут.

Я, дура, поверила, но сейчас ни о чем не жалею. И если он вдруг появится, выгоню и даже сына не покажу. Я его не ненавижу, а презираю. Ванька мой сын, и ничей больше. У него есть мать.

– Вообще-то, – улыбнулся Вячеслав, – и дядя еще имеется. Вырастим, не хуже других будет. А что о том Казанове не говоришь, может, оно и верно. Прости меня за вопросы. Главное, сюрприз ты мне преподнесла, – он рассмеялся, – не ожидал…

– А ты думал, после пяти лет войны приедешь и все так же будет? – улыбнулась Маша.

 – Я сейчас даже рада, что так получилось. Сначала, конечно, переживала… А вообще давай больше никогда об этом не говорить.

– Заметано, – как когда-то в детстве, кивнул брат. Посмотрев на часы, зевнул. – Пойду ванну приму и спать. Завтра пройдусь, может, все-таки пристроюсь куда.

– Слава, – вздохнула Маша, – а ты знаешь, что с Леной случилось?

– Нет, а что? – поднявшись, без интереса спросил он.

* * *

– Господи, – нервно шептала Лена, – да что же это такое? Звонят и ни слова не говорят.

Господи, хоть уезжай куда-нибудь. В милицию уже два раза ходила, все без толку. Сейчас, говорят, телефонный терроризм в моде у скучающих оболтусов. А может, и любит вас кто, а сказать стесняется. – Достав сигарету, она прикурила и, закашлявшись, тут же потушила в пепельнице.

– Мама, – из комнаты вышел сын, – смотри, что я нарисовал. – Он протянул ей рисунок. Стараясь улыбаться, Лена увидела смешного человека с каким-то квадратом в руках.

 – Это дядя с чемоданом.

– Господи, – прошептала она и прижала сына к себе, – и ты забыть не можешь…

– На кой хрен мы эту телку пасем? – лениво проговорил пивший пиво крепкий парень. – Ничего же…

– Завянь, Кролик, – оборвал его водитель. – И не пей больше. Мне нельзя, а запах раздражает.

– Слышь, мужики, – подал голос сидевший на заднем сиденье коренастый крепыш, – а может, трахнем бабенку? Она, блиндер буду, очень даже смотрится. Ну?..