Роковая случайность

Я почувствовал холод тюремных камер и услышал лязг замков на железных дверях. И мне было не до вас.

– Несмотря ни на что, ты всегда уважал мое звание, а сейчас что себе позволяешь?..

– Да пойми ты наконец, Аркаша, сейчас дело не в том, генерал ты или старлей. Кончилось время, когда звание или должность прикрывали от закона, которому мы, кстати, обязаны служить. Прокуратуре плевать на то, кто ты – губернатор или мэр, генерал или сержант, если есть доказательства твоей вины. А я сейчас чувствую близость этого момента и не знаю, что делать.

Все случилось внезапно. Ты это понял, потому и заявился ко мне. Надо кого-то убрать? Ты этим не занимаешься, а у меня штат…

– Хватит, полковник! Все гораздо серьезнее, чем может показаться. Твои дела с Беком – просто шелуха от семечек. А вот семя – это наш бизнес. Ты не забыл наше совместное предприятие? Как раз сейчас нам это аукнется. Мои люди вышли на человека, который замешан в деле о золоте Френина. Хорошо, что я провел свое расследование и узнал, что Голин начал дело против тебя с беседы с Мускаевым.

– Подождите, – растерялся Вайс, – но…

– Помнишь! – усмехнулся генерал. – Мусу пытались вывести из игры, он мешал транспортировке золота, но убрать его не удалось. Муса опытный воин и сумел уйти. А вот его жену и сына убили. Помнишь Искрова? Вот на него Голин собрал компромат, и он был арестован. Но успел покончить с собой до суда, поэтому Френин, да и некоторые другие остались в своих креслах, и Мускаев вышел на Голина. Ведь Голина тогда подставили, и он был вынужден уйти из органов.

Мускаев передал Голину материал и назвал людей, которые уже освободились. А Голин сумел их разговорить. Это было совсем нетрудно. Во-первых, в них живет обида, во-вторых, некоторая сумма денег, и Голин узнал все. А проверить факты, учитывая его бывших сослуживцев, для него не вопрос. Теперь понял, почему я здесь?

– Конечно, – вздохнул Вайс. – Неужели все так серьезно?

– Гораздо серьезнее, чем можно было предположить. – Если бы я только на секунду мог подумать, что документы пропадут, я бы расстрелял Царицу там, где она их брала.

Но увы, оплошали мы.

– И что теперь делать?

– Да есть у меня мыслишка… Обдумаю и сообщу. Надеюсь, теперь мы будем одной командой.

– Я тоже на это надеюсь. А как Остапов?

– Я поговорю с ним. Он должен понять – или мы спасемся вместе, или все пойдем ко дну.

– Да базар идет, что какого-то урку точно так же кинули, – сказал худой мужчина в очках.