В крике от смерти

– Да в этом, пожалуй, только ментовня и сомневается, – усмехнулся мужчина со шрамом.

– А ты, Карта, кентом был у Ворона, – сказал толстяк. – И тут за кента разборку навести – святое дело.

– Ты же сам говорил, что не надо с ними связываться, – разозлился Карта. – А сейчас другой базар повел. Чего ты хочешь, Кок?

– Да вроде косяков не порю, – усмехнулся тот. – А в чем дело?

– Ты о Вороне напомнил, – вмешался Кулак.

– Хорош вам, – вздохнул Кавалер. – Не хватало еще меж собой разборку устроить.

Просто у полковника парни оставались. Вот я и думал, что, может, он…

– Индюк тоже иногда думает, прежде чем в суп попасть, – проворчал Кок. – Надо было с Шерифом согласиться, и все дела.

– Под Шерифом ходить лично мне не в жилу, – покачал головой Кулак.

– Он сам даже не появился ни разу, – недовольно произнес Карта. – Присылает каких-то шестерок. А с ними базлать – себя не уважать. Даже если мы ему скажем, то получается – свое отдадим.

– А он и так здесь пасется, – усмехнулся Кок.

 – Поэтому мы будем иметь хоть кусок от своего пирога, а так только облизываемся. Я предлагаю связаться с Шерифом…

– Я – пас, – сказал Карта. – Мне такая хренотень…

– Я тоже на хрену видал быть шестеркой у Шерифа, – поддержал его Кулак, – хотя бы потому, что мы не в курсе, кто он есть. Может, гребень по жизни, а мы…

– Ты думай, что базаришь, – перебил его Кок.

– А ты, похоже, в курсе насчет Шерифа, – пристально посмотрел ему в глаза Карта.

– Я только знаю, что в Пензе он верх держит и по трассе берет кое-где, – проговорил Кок. – И что с азиками у него увязка и поделено все.

– Азиков там хрен да немного, – усмехнулся Карта. – Какой-то Черный во главе стоит. Так кличут ихнего главшпана. Я от знакомых базарок слышал. Но насчет Шерифа я – пас.

– Уснул, – улыбаясь, тихо проговорила Ирина. – Наигрался. Спасибо…

– Не за что.

– А вы не можете стать крестным отцом Анджея? – спросила она.

 – Мы его крестить хотим.

– Я вообще-то в Бога особо не верю, – тихо сказал Анджей. – Хотя и крещеный, правда, по святцам имя мое – Андрей. Анджей – польское имя, а они католики. Батя мой тоже в Господа не верует, но крестили меня точно. Так что запросто могу. А что именно там делать надо?

– Да мы и сами не знаем толком, – сказал Эдуард. – Но поп объяснит, наверное. Ты у нас останешься? – спросил он.

– Оставайтесь, – попросила Ирина.