Я хотел, чтобы меня убили

А не сейчас, когда мы с тобой еще от ямы не отошли и боимся, что остановят машину и найдут нас. Я пусть одного, но успею убить, а потом себя. Просто так я из жизни не уйду.

– Я тоже. Но лучше бы, конечно, прорваться и за коньячком посидеть.

– Вот кафе, – сказал пожилой водитель. – Здесь и перекусим.

– Да и в Юдине пельменная – класс, – отозвался Александр. – Но я видел, как ты, Саныч, на ментов отреагировал.

– Это далекое прошлое. Да и стар я стал. Я это к тому, что найдем тебе напарника путного и будешь с ним ездить.

А я на пенсии жить желаю. Столько лет за баранкой! Почитай, весь Союз проколесил. Что касается милиции, был грех по молодости, на лесоповале работал. Пять давали за мордобой. Но с тех пор с законом в ладах. А вот беглым теперь жизнь ой какой ершистой покажется. И пути назад уже нет. Как поймают, станут бить смертным боем. Ведь сколько их ловить будут, а покорми комаров в лесу, да и сиди там. Пока федеральный розыск не объявят, своими силами колония искать станет. Хорошо, ежели они успели проскочить всех и из области убрались. А если тут где-то попадутся… ох и тяжко им придется!..

Лежащие в крытом брезентом фургоне «КАМАЗа» беглецы переглянулись и осторожно перебрались назад. Услышали веселые женские голоса.

– Тоже мне сороки, – процедил Вихрев, – нашли место для базара.

– Магазин рядом, – осторожно приподнявшись, сквозь щель между дверцей и покрытием сказал Вулич. – Выходить нельзя.

– Чья фура? – услышали они.

– Да наша, – отозвался Саныч.

– Куда едешь?

– В Углич.

– Что везешь?

Беглецы подались назад.

– Коньяк, консервы рыбные и конфеты, – ответил Саныч. – У моего брата фабрика небольшая. Вот и возим в Углич одному владельцу магазина и двух баров. И документы в порядке, – добавил он.

– Откуда едете?

– Из Нагорного, – ответил Саныч. – У меня там…

– Назад тоже что-то повезешь?

– Часы угличские заберем, берут их неплохо, и рыбку.

– А чего в такую даль?

– Так не в убыток, прибыль хорошая.

Раз в два месяца ездим.

– А бандюг не боишься?

– Так бойся не бойся, – Саныч тяжело вздохнул, – жить надо. Да и Бог пока миловал.

– Ну, удачи вам.

– Странно, – пробормотал Борис. – Не вспомнил о беглецах. И не пытался осмотреть фуру.

Хлопнули дверцы кабины, «КАМАЗ» завелся и тронулся. Борис снова подполз к заднему борту и припал к щелке.

– Чего он докопался-то? – спросил Александр.

– Да видать, все беглых ищут, – ответил Саныч.