Я хотел, чтобы меня убили

Как ты коттедж нашел?

– Да, – вздохнул полковник милиции, – прямо Варфоломеевская ночь.

– Товарищ полковник, – обратился к нему один из омоновцев, – там три сумки с наркотиками. Качество, кажется, хорошее.

– Буратино, – кивнул полковник. – Значит, кончился наш наркобарон. Интересно, кто его?

– В соседнем домике, – доложил подошедший оперативник, – следы двоих. Ушли в сторону реки. Сначала пробирались кустами, а потом по реке ушли. Собака довела…

– Двое? – переспросил полковник.

– Двое. Но не беглецы, размер обуви не подходит.

Тут в связи с разуванием бомжа в Юдине…

– Найдите хозяев этого домика, – перебил его полковник.

– Уже ищем, – кивнул оперативник.

– Деньги на месте, – сообщил подошедший капитан. – Все остальное тоже. Видно, что-то не поделили.

– Эксперты скажут, какое оружие использовалось при убийствах, – сказал полковник.

– Здесь была еще машина! – громко крикнул от ворот рослый оперативник. – Мотоцикл участкового стоял левее. Тут затоптали все.

– Мы поняли, что в коттедже было по крайней мере двое киллеров, – отозвался командир группы ОМОНа.

– Свидетелей, конечно, нет, – вздохнул полковник. – А положили десять человек.

– Двенадцать, – поправил его подошедший оперативник. – На ограбление не похоже. Странно, что за война тут была? Буратино обычно ни с кем не связывался…

– Давно следовало этого ожидать, – сказал полковник. – Как взяли его человека в Ярославле, он что-то засуетился, помнишь?

– Да. Но кто мог на такое пойти? Двое были в соседнем доме.

Возможно, ждали приезда Поэтова. Странно. В графе национальность – армянин, а фамилия русская.

– Поэт, – усмехнулся полковник, – та еще штучка, фамилию материнскую взял. Не думал, что его кто-то прикончит. А взяли и хлопнули. Пересчитать деньги, – приказал он. – Сколько у кого или где. Описать оружие, но осторожно, пальчики нужно сохранить.

– Вот если возьмут, – отряхивая с одежды листья и травинки, пробормотал бомж, – повесят на нас эти трупы. Во, блин, заночевали!

– Я тебе говорил, – сердито напомнил парень, – а ты обрадовался – подвал открыт, жратва есть! А что теперь нам до этой жратвы? Может, унесем ноги.

Потому как нельзя нам даже заикаться, что там были. Или те, кто был там и живым ушел, прикончат, или те…

– Да понятно, – кивнул мужчина. – Надо вообще убираться из области.

– Ложись! – Вулич упал в траву. Вихрев улегся за густой куст.

Послышались детские голоса.

– Твою мать, – проворчал Вихрев.