Я хотел, чтобы меня убили

Я хотел, чтобы меня убили

Борис Николаевич Бабкин

Когда человеку нечего терять, он становится отчаянно смел.

Он презирает опасность, и порой сама Смерть склоняется перед его мужеством – так, как склонилась она перед самоубийственной отвагой двоих беглецов из колонии строгого режима.

Бывший герой чеченской кампании Вулич готов предпочесть гибель несправедливому судебному приговору…

Лихой киллер Вихрев понимает: лучше умереть в бою, чем мотать пожизненный срок, если заказчики убийств по-прежнему остались безнаказанными…

И теперь эти двое, вырвавшиеся на свободу, начинают вершить собственное возмездие.

Они следователи, судьи и палачи в одном лице.

И остановить их будет нелегко…

Борис Николаевич Бабкин

Я хотел, что бы меня убили

Ярославская область, Юдино

Прапорщик внутренних войск выругался и сказал:

– Похоже, на ту сторону ушли. Пусть там перекроют все! – крикнул он.

Солдат с переговорным устройством быстро повторил приказ.

– Точно ушли, – кивнул старший сержант со служебно-разыскной собакой.

 – Альфа бы учуяла, если бы где-то рядом были.

– Я не пойму, чего вдруг Афганец ушел? – спросил капитан МВД. – Ведь у него срок четыре года, год отсидел. И вдруг рванул.

– Может, Вихрь заставил? – предположил прапорщик.

– Кого? – усмехнулся старший лейтенант. – Афганца? Да его пытались на пересылке убедить, что носить погоны западло. Двоих в санчасть унесли, и еще двоим тоже прилично перепало. Да и упрятали его зря, я дело смотрел.

В девяносто шестом он в Чечне воевал, по ранению из армии списали. Однажды в баре к жене его знакомого пристали двое азиков. Ну разумеется, Афганец заступился. И азикам перепало, и ему дали четыре года, вот так. А сейчас неизвестно, что будет. Он в колонии два месяца, и видно, что на весь мир озлоблен. Он из Воронежа к приятелю погостить приехал. Вот и задержался.

– А Вихрь – пассажир опасный, – проговорил капитан. – Срок у него восемь лет, на нем вроде еще труп висит. Не доказали на следствии, а сейчас что-то всплыло, вот он и рванул.

И скорее всего их ждали. Вихрь вообще-то не входит ни в какую преступную группировку, но авторитетом пользуется. И додумались же гниды – с крыши столовой на трех сшитых простынях слетели. В часового что-то вроде бомбочки бросили. Со спичек серы набрали, чего-то добавили, и шарахнуло дай Бог. И не побоялись, что на колючку сверху попадут.

– Да мы сами виноваты, – недовольно отозвался старший лейтенант.