Крымские подснежники

– Хорошо. До свидания.

Из кухни выглянула Женя.

– Кто звонил?

– Из военкомата.

– О! Еще в армию заберут!

– Так, вроде, уже был.

– Ну, на какую-нибудь переподготовку?

– Да никуда я не пойду! Делать мне больше нечего. Ужин по этому поводу не отменяется?

– Нет. Мойте руки. У меня всё готово.

За ужином Борис о чем-то рассказывал. Потом разговор перешел на тему последних событий. Женя внимательно слушала.

– Ты чего такая грустная? – спросил жену Борис;

– Да так, ничего. Не знаю. Какие-то предчувствия.

– Предчувствия относительно чего?

– Да не знаю. Не знаю. Не обращай внимания.

– Не могу не обращать внимания.

– Ну, не знаю. Не поняла еще. То ли эта история с Димой и бандитами. То ли звонок этот, из военкомата… Что-то тревожит.

– Честно говоря, у меня тоже какой-то осадок есть. Даже знаю какой.

– Какой?

– Они могут этого Диму просто порвать.

– А ты его предупредил?

– Я ему все сказал еще до того. Русским языком объяснил, чем это пахнет. Все равно, подавай ему бандитов! Люди – дураки! Верят в сказки о суровых, но справедливых ребятах.

– Ну, а после разговора с этим Ваней, ты виделся с Димой?

– Виделся. Все ему сказал.

– Что всё?

– Сказал, чтобы он не лез со своей темой к бандюкам. Ничего хорошего из этого не выйдет. Помочь ему легальными методами сложно, но можно. Надо подождать. Но вижу, что человеку свербит в одном месте. Хочется всего и сразу. В конце концов – это его дело. Он – взрослый мальчик. Пусть делает то, что хочет.

– Всё правильно.

– Он меня спросил, я ему ответил. Выбор за ним. И всё равно, осадок есть. Они и без меня выйдут на него. Навешают лапши, а потом разорвут.

– Думаешь?

– А почему нет? Семьдесят тысяч на кону. Они с этого живут.

– Так может быть надо сказать этому Ване, чтобы он его не трогал.

– Да? А кто я такой? Приду к Ване, а он от страха в штаны наделает. Сам Борис Ильич сказал не трогать!

– Н-да… История…

– Ладно. Давай, мой посуду. Уложим детей и пойдем, пройдемся перед сном.

– Да! Давай.

II ГЛАВА

Вечером следующего дня Борис подошел к зданию горвоенкомата. Возле входа никого не было.

– О! А где народ? Всех призвали? – буркнул себе под нос Борис.

Он вошел в здание. Откуда-то сбоку неожиданно вырос дежурный.

– Слушаю Вас! – спросил он;

– Меня пригасили на 18–00, в кабинет № 4.

– Как Ваша фамилия?

– Арбит.

– Как?

– Арбит, – по буквам произнес Борис.

– Сейчас узнаю.