Хранить вечно. Дело № 1

Я что-то пробормотал про то, что решил, пока есть время, познакомиться с коммуной, но меня перебила Оля, маленькая смешливая, с толстой русой косой, обладательница тех самых женственных форм. У Оли КИМовского значка не было, как и у третьей девушки.

– Ваш отряд сегодня пойдёт в кино? – спросила она. – Новый фильм привезли. Карась говорит, про китайских революционеров.

– Карась? – удивился я.

– Митя Карась, помощник киномеханика. – заторопилась Оля.

– Он из второго отряда, работает помощником киномеханика.

Он бы и киномехаником мог, только ему не позволяют, потому что шестнадцать ещё не исполнилось, и документа не дают. А так – и фильмы крутит, и в город ездит за новыми. Говорит – вот исполнится семнадцать, поеду в Москву учиться на этого… ну, которые кино снимают?

– На кинорежиссёра. – машинально ответил я. – А можно ещё и кинооператором, это который с камерой…

Похоже, у симпатичной Оли свой интерес к будущей звезде советского кинематографа с такой запоминающейся фамилией.

Её подружки при этом содержательном диалоге то и дело прыскали в кулачки.

– Наша Олька дружит с Карасём! – подтвердила мою догадку Маруся. Она была совсем маленького роста, с русыми, выгоревшими добела волосами и миловидным личиком в форме сердечка. – Ждёт, когда он станет в Москве знаменитостью, чтобы поехать к нему! И очень-то она будет ему нужна, в столице, небось, своих красавиц хватает!

– И ничего подобного! – вспыхнула Оля, и стрельнула в подругу гневным взглядом.

 – Всё ты, Маруська выдумываешь, язык без костей!

Маруся толкнула рукой Таню. Та досадливо поморщилась.

– Ну, растрещались, сороки… – Похоже, подумал я, она задаёт в этой прелестной троице тон. – А в кино приходи. Найдёшь нас там, ещё поговорим. А сейчас прости, пора!

И, весело щебеча, унеслись по тропке, оставив меня стоять в одиночестве возле столба с указующими стрелками.

До сигнала к ужину оставалось больше двух часов, и это время я провёл в библиотеке.

Я ловко уклонился от предложения вступить в библиотечный кружок, которым меня огорошила дежурная – строгая девица лет шестнадцати, в очках и вечно собранными в «куриную гузку» губками. Карточку читателя я тоже заводить не стал – сейчас меня интересовали только и исключительно подшивки газет, разложенные в свободном доступе на столах. В них-то я и погрузился с головой, и это был самый верный ход за прошедшие сутки.