Хранить вечно. Дело № 3

Насколько мне удалось понять, у «дяди Яши» случились один или два кратковременных флэшбэка, связавшего его разум с помутнённым сознанием Алёши Давыдова, запертом в собственном Яшином теле. Что он вынес из этого, я толком не понял, но сам факт говорил…

…о чём? Только о том, что я запутался окончательно и не понимал, что дальше делать со всем этим. А ведь наверняка можно что-то сделать – Гоппиус жив-здоров, установка его действует, а раз так, то и произведённый однажды опыт можно ведь и повторить! Обратить, отразить… отреверсивовать? Да, вот правильный термин: пустить на реверс, повернуть вспять, вернуться к исходному состоянию.

…Вот только – зачем? Как бы не съехать крышей от всех этих сложностей – один я с ними не справлюсь, это очевидно…

– Марк, а Марк! Спишь, что ли?

Невнятное мычание было мне ответом. Я потряс его за плечо.

– Проснись же ты, наконец! Надо прямо сейчас обсудить кое- что важное.

Марк разлепил глаза и сел, недоумённо воззрившись на меня.

– Что… случилось что-то?

– Ну, это как посмотреть.

 – я присел на краешек его кровати. Помнишь, я как-то рассказывал, что могу как бы подключаться к сознанию «дяди Яши»?

Я старался говорить кратко, по возможности, не перескакивая с одной темы на другую. Судя по тому, как округлялись глаза Марка, получилось не очень. Оно и понятно: таких наворотов даже у Шекли не встречается…

– Прости, что разбудил, но мне больше не с кем поделиться. А носить в себе – так ведь и спятить недолго. Что думаешь, а?

Марк поскрёб ногтями грудь под майкой.

– Что тут скажешь, Лёх? Боюсь, у нас и без твоих видений будет, от чего спятить. Кстати, ты ведь так и не рассказал, что затеял Барченко – а обещал ведь!

…Вот и делись после этого с людьми сокровенным…

IХ

– Тридцать седьмой год?

– Эта дата упоминалась не раз. – Барченко протянул собеседнику листок бумаги с карандашными пометками. – И всегда – в связи с некими кровавыми событиями. То ли преследование политической оппозиции, то ли ликвидация заговорщиков в комсоставе РККА… Поймите правильно, Глеб Иванович: даже это я собирал по кусочкам, складывал из отдельных фраз, прозвучавших в бреду – и далеко не факт, что они были истолкованы верно.

Но то, что там не раз мелькало и ваше имя, и имена ваших коллег из руководства ОГПУ – в этом я уверен.

– И всё, о чём он говорил, будет происходить с одобрения Сталина?

– Наш друг, не раз употреблял термин «культ личности», и именно в отношении Иосифа Джугашвили. Выводы делайте сами.