Хранить вечно. Дело № 3

Но сам он всякий раз сохранял некоторую отстранённость – и во время самого процесса, и после, когда приходило время осмыслить пережитое.

Но на этот раз его зацепило всерьёз. Встревожило, пожалуй, даже испугало – да ведь и то сказать, пугаться было с чего. Не за себя, конечно, что могло ему угрожать здесь, в безопасном двадцать первом веке? Другое дело альтер эго, над чьей головой там, в прошлом, сгущаются грозовые тучи.! Уж лучше сцепиться с полудюжиной зомби иди толпой озлобленных арабов (Яша благодаря серии флэшбэков сумел довольно точно реконструировать похождения отчаянной троицы), чем оказаться втянутым в те смертельно опасные игры, которые затеяли его бывшие коллеги по ЧК-ОГПУ.

Что они там планируют – заговор, переворот, покушение? В любом случае, объектом их «интереса» является Сталин со своей камарильей, и тут уж кто кого: то ли Коба, заподозрив неладное, успеет сковырнуть верхушку ОГПУ на несколько лет раньше, чем это должно произойти, то ли Бокий с Трилиссером осуществят свой безумный план и впустят в Кремль ораву жаждущих крови зомби.

В любом случае, людям, причастным к намечающимся разборкам, не позавидуешь – и неважно, по своей воле они влезли в эту историю, или втянуты случайно. Лес рубят – щепки летят, как высказался однажды вождь и учитель, а тут «лес» сводить под корень, сплошь, делянками…

Так что и у Марка Гринберга, и у Алёши Давыдова (он же Алексей Симагин) имеются все шансы стать теми самыми щепками. И неважно, кто возьмёт верх в намечающемся противостоянии – их уберут как свидетелей и носителей опасной информации, которая ни в коем случае не должна попасть в чужие руки.

На всякий случай, одним словом. Кабы чего не вышло.

Яша прекрасно это осознавал; более того – понимал, что шансов вывернуться у ребят, почитай, нет вовсе, особенно, если учесть, что ни о чём таком они не подозревают. А хоть бы и подозревали – что они могут предпринять? Бежать? Куда – снова в Турцию и на Ближний Восток? Или отправиться за океан, понадеявшись на помощь «Дорадо»-Марио, с которым на всякий случай условились о способе связи на самый крайний случай? Звучит неплохо, но вряд ли осуществимо; да и достанут их, хоть в Бенгази, хоть в Чикаго, хоть в каком-нибудь Вальпараисо.

Замешанных в настолько «чёрных» историях ищут, не считаясь с временем и затратами – и, как правило, находят. После чего лучшее, на что могут надеяться беглецы – это безымянные кресты на каком-нибудь заштатном кладбище.