График

Телевизор, как обычно, разрывался последними новостями, рекламой, развлекательными программами. Неожиданно все передачи прервались по всем каналам. Пошла прямая трансляция с места событий. Толпа журналистов, полицейских, каких-то активистов бушевала перед фермой, которая производила молоко и выращивала бычков на мясо. Фермер, захлебываясь в слезах, панически, на грани безумства, твердил:

– Они ничего не едят, они перестали пить. Перестали двигаться. Стоят на одном месте. И всё.

Жена фермера, дети, еще какие-то люди стояли в сторонке, жались друг к другу и тоже плакали.

– А сегодня, – добавил фермер, повернувшись прямо в камеру сумасшедшими глазами, – идите и посмотрите сами!

Но полиция никого не пускала. И никто из тех, кто проходил и возвращался назад, ничего не говорил. Наконец толпа не выдержала, прорвала заграждение и ринулась вперед к коровнику. Сначала то, что они увидели, не произвело на них особенного впечатления. Коровы стояли в своих стойлах совершенно спокойно, хотя и не шевелились.

Сена около каждой коровы было предостаточно, чистая вода бежала по лотку. Работали кондиционеры и чистящие автоматы. Некоторые места были пустые.

– Смотрите, – кто-то крикнул и показал пальцем, – корова исчезла!

Вся толпа бросилась к указанному месту. Коровы там не было.

– А может быть, коровы там и не было? Тебе просто показалось.

– Может быть, – ответил рассеянно кричавший.

В этот момент на мониторе одной из транслирующих камер одна из коров вспыхнула песочным цветом и исчезла.

– Место 40А, – крикнул оператор.

На месте 40А была лишь горка песка, ведра на два-три. И тут обратили внимание, что там, где не было коров, был песок. Потом исчезла еще одна корова.

Трансляция прервалась другой, тоже живой трансляцией. Шло совместное заседание правительства с академией сельского хозяйства. Часы трансляции показывали уже пятые сутки непрерывной работы заседания. Это было еще видно и по большому беспорядку в зале. Некоторые спали, где придется, кто-то спешно поглощал еду.

Работал штаб, сновали посыльные. На трибуне творилось невообразимое. Один из министров кричал, что мы не создали резервный запас продовольствия, и требовал немедленно поставить под контроль резервы армии, складские помещения коммерческих фирм, занимающихся поставками продовольствия в магазины.

Другой докладчик, представитель науки, сильно волнуясь, объяснял на большом мониторе эффект исчезновения органики.