Второй шанс адмирала Бахирева

Удастся приблизиться на оптимальное расстояние для пуска торпед, поворачивайте «все вдруг» на девяносто градусов и выпускайте все торпеды в направлении выбранной цели. Глядишь, одна да попадет в корабль. Вам все понятно, Георгий Оттович?

– Так точно, ваше превосходительство! Но если нам противник не позволит выйти на дистанцию или мы промахнемся?

– Если вы и не добьетесь попадания, то своими действиями сорвете выполнение их планов.

– Мы постараемся выполнить задание.

– Вы уж постарайтесь, Георгий Оттович.

В дальнейшем весь наш нынешний выход во многом будет зависеть именно от ваших действий у Бокшера. А теперь идите и втолкуйте это хорошенько командирам своих эсминцев.

В два часа ночи 18 июня крейсера снялись с якоря и в охранении седьмого дивизиона эсминцев направились на рандеву с «Рюриком». Около четырех часов утра пришло сообщение от командира шестого дивизиона капитана первого ранга Николая Ивановича Паттона. Его дивизион попал в очень сильный туман, видимость не превышает полторы сотни метров, и он намерен стать на якорь.

Я приказал взять курс на Готланд и двигаться по счислению малым ходом к острову. Наша встреча с «Рюриком» состоялась через три часа. С этого момента я решился, наконец, немного изменить ход истории.

– Павел Михайлович, передайте по бригаде: «Застопорить ход. Эсминцам осуществлять охрану кораблей». Я поднимаю свой флаг на «Рюрике». Передать на «Рюрик», чтобы приняли меня.

– Ваше превосходительство! Как застопорить ход? А если подводные лодки противника, они же могут потопить один из крейсеров.

– Павел Михайлович, нет здесь сейчас подводных лодок. Так что распорядитесь, чтобы спустили катер. Николай Николаевич, Михаил Борисович, вы тоже переходите со мной на «Рюрик».

Как только пересел в катер, приказал крейсерам своей бригады двигаться самым малым ходом на юг. Пока перебирался на «Рюрик», эсминцы выписывали круги вокруг медленно двигающихся крейсеров. Подхожу к самому сильному крейсеру Балтийского флота, испытывая (как будто не свое) чувство гордости за этот корабль.

Красавец в шестнадцать тысяч тонн, имеющий на вооружении четыре 254-мм и восемь 203-мм орудий в башнях. Не так давно я сам (конечно, не я, а хозяин этого тела) командовал им.

«Вот сейчас-то мы повоюем с немцами, – промелькнула мысль в моей голове. – Теперь-то у меня никто не потеряется в этом тумане. А то в той реальности «Рюрик» и «Новик» потерялись и все пошло наперекосяк».