Алрой. История одной жизни

Хотя, все давно уже к этому привыкли – менталитет народности позволяет бесконечно туго затягивать пояса, как того в ежегодном послании желает всеверхний вездесущий, или "вэвэ" на сленге и синих и красных.

Отец Джея взял чемодан и предложил пройти в вагон. Сидячих мест не было, людей уже порядком поднабилось. Мелкий (9 лет отроду) сел на чемодан, поставленный в углу вагона около выхода. Из кармашка его портков выглядывал старый, слегка заржавевший и повидавший многое, перочинный ножик. На рукояти ножика были буквы, значения которых он не знал, но со слов старших ножику очень много лет и он был произведен в некогда великой стране-предшественнице, про которую дед всегда говорил "эх, такую страну просрали".

Мальчишку звали Эл.

В таких поездах машинисты никогда ничего не объявляют, двери закрываются внезапно, никакого расписания движения. Пока сзади не начнет подпирать следующий состав, поезд, находящийся на платформе, как правило, никуда не отправляется. Так и сейчас пассажиры вздрогнули через одного, когда раздался громкий хлопок закрывшихся створок дверей.

Поезд тронулся…

Еще до того, как наступили совсем мрачные времена последнего десятилетия, пограничники сине-белого слоя сделали всё, чтобы по периметру автомобильных и железных дорог появились четырехметровые заборы. Делалось это, по-видимому, для того, чтобы проезжающие через полстраны люди не видели этой самой страны. Не видели, что за пределами элитного кольца жизни уже практически нет, что на некогда благодатных землях теперь ничего не осталось, и что населяют их уже другие… народы соседних государств, которые вынуждены расселяться со своих территорий из-за высокой плотности живущих на квадратный километр.

Поезд набрал скорость и шел на полном ходу. За окном менялись только граффити на поверхности ограждения. Через несколько часов движения поезд вошел в длинный тоннель, который где-то в середине ненадолго прерывался и все прильнули к окнам. Поезд проходил через какое-то ущелье, которое не было огорожено и можно было лицезреть.

Правда, поезд шел слишком быстро – после того, как потребность в традиционных электричках отпала и останавливаться у каждого столба не нужно было, с локомотивов поснимали все электронные ограничители и он развивал просто запредельные скорости.

В окнах по правому борту вагона ландшафт был словно нарисован кем-то. Эл видел такое однажды на какой-то картинке, он даже не знал кто это рисовал и где автор рисунка это видел.