Алрой. История одной жизни

Эл подошел к Сью и тоже взглянул туда, где суетились люди. Он отошел, порылся в рюкзаке и достал небольшой бинокль.

– А это у тебя откуда, – удивилась Сью.

– Это… да так… – замялся Эл.

– Ясно, бесплатное приложение к рюкзаку, – засмеялась она.

Понаблюдав за происходящим в оптический прибор, Сью произнесла:

– Знаешь, есть ощущение, что им отдали эти земли. Они похожи на тех иноземцев, что создали себе оазис – ты видел его, когда ехал на поезде. Соответственно, уходя территория была защищена от людей и секретных построек.

Правда, тоннель почему-то целым остался.

В этот момент раздалась череда взрывов. Эл и Сью ощутили это косвенно, так как взорвался как раз секретный тоннель. А вот Джея взрывной волной отбросило вперед. Поскольку он давно уже не занимался физической культурой, сгруппироваться он не сумел и неуклюже шмякнулся на щебенку, распластавшись и в таким положении продвинувшись метра на полтора, стесав себя как по наждачке.

Несколько минут Джей лежал не шелохнувшись – голова трещала по швам не только от вчерашнего употребления алкоголя, но и от небольшой контузии в результате взрыва на входе в тоннель.

«Что ж тут удивительного, – наконец начал думать он, – это был прощальный подарок от белых – растяжка. Выждали, пока приедут гости, и устроили им горячий прием. Чтож, по крайней мере теперь можно никуда не спешить – назад все равно дороги нет. Поползем вперед». Аварийное освещение в тоннеле погасло.

– Так, Эл, сидим до темноты здесь, затем берем все вещи и уходим.

Мой мини-огород уже отдал нам всё, что мог. Сейчас сверну ботву, пусть перегнивает. Авось, жизнь в этом микромире еще какое-то время будет продолжаться.

Эл уже не переспрашивал, когда слышал сложные слова. В этом не было смысла.

– Сью, ты мне напишешь в блокнот все слова, которые произносишь? Я буду их периодически перечитывать.

– О да, напишем тебе толковый словарь неупотребляемых слов, – засмеялась Сью.

Джей собрался силами и поднялся на ноги.

В тоннеле было тихо, только изредка вдалеке скатывались камни и, ударяясь об рельсы, издавали звук. Себя он не видел, но лицо и ладони болели – видимо, всё таки, верхние ткани были повреждены. Функциональность конечностей он не утратил, поэтому, хлебнув воды из фляги, он пошел вперед. «Эх, пивка бы холодненького», – пронеслось в его голове, но он постарался отвязаться от этой мысли, как от назойливой мухи.

Чувство времени было утрачено в этой темноте.