Инварианты Яна

Пошёл рядом с инспектором, на ходу говорил:

– Понимаете, – кхм! – когда перед вами ребёнок, вы можете принять во внимание другие факторы. Ну не знаю: рост, пропорции, координацию движений. Представьте, вот вы встречаете ребёнка и пытаетесь определить возраст. Ведь не с лексикона начнёте! До того как ребёнок заговорит, у вас уже есть более или менее точная оценка, а тут сложнее. Но ведь когда я видел его…

– Когда? – внезапно прервал инспектор.

Дмитрий Станиславович замолчал.

– Я спрашиваю, когда вы в последний раз виделись с Гориным? Не делайте вид, что не понимаете.

Из сказанного вами раньше получалось, что об амнезии директора вы узнали от Сухарева.

– А, ну да. – Синявский виновато хмыкнул, больше не прибавил ничего, только покашлял, как бы от смущения.

«Всё, на него не дави пока, иначе уйдёт в глухую оборону».

– Ладно, доктор, об этом после. Что вы там говорили о признаках?

– О признаках? А, ну да. Видите ли, – хе-хм! – для изучения лексикона одной короткой беседы недостаточно; кроме того, нет гарантии, что воспоминания более позднего времени утрачены полностью…

Инспектор перестал слушать.

Четыре года или шесть – велика ли разница? Стало понятно, что память Ян всё-таки потерял, во всяком случае, сам доктор в этом уверен, если только он не первоклассный актёр. Это вряд ли. Лгал неумело. Не исключено, что так и было задумано. Не играет ли он тоньше? Володя покосился на собеседника, увлёкшегося описанием проблемы, с которой по собственному заявлению тот знаком был плохо. «Ишь, соловьём разливается! А те двое?»

В самом конце прямой аллеи, где на фоне тёмного… – моря? неба? – белел частый гребень балюстрады, две фигурки заметил инспектор, женскую – изогнутый росчерк, – и с нею рядом мужскую. Нет, не так. Сухарев вёл, а за ним, ухватившись за локоть, семенила Инна Гладких. Когда пришла пора повернуть им налево, Андрей Николаевич сделал это уверенно, не наклонив головы, спина его пиджачная осталась прямой.

Женская фигурка, чуть помедлив на повороте, изогнулась, чтобы остаться рядом. Володя на миг увидал белое пятно лица индианки – та, словно кошка, оглянулась, прежде чем кинуться наутёк.

Инспектор заторопился следом по аллее высоких деревьев с очень светлыми зеленоватыми стволами, за ним поспешал доктор, слегка задыхаясь от быстрой ходьбы. В спины им дунуло холодом; позади воркотнуло и глухо вздохнуло грозовым утробным голосом.