Жнец. Швец. Игрец

Я бессмертен, пока выполняю поручения и подчиняюсь закону. Ничего странного нет в таком условии, что же кажется мне нелогичным? Поручения или закон? Что мне поручают?»

Сборка подходила к завершению, сборщик работал размеренно, он не умел нервничать и торопиться.

«Я ликвидировал?.. Да, было. Устранял… Да, такое делал тоже. Рассеивал. Давил. Растворял. Лишал связности. Хаотизировал. Уби…»

Сборщик переместил готовую копию личности из депозитария в исходящий поток и приступил к проверке аутентичности.

«Вот почему условие бессмертия кажется алогичным.

Я убиваю ради бессмертия. Если вдуматься, потери логики нет, так и должно быть. Убийца бессмертен, чтобы смерть его не пугала. Боюсь ли я смерти?» Сотни тысяч казней: рассеяния, подавления, хаотизации… «Нет, всё в порядке. Чужая смерть мне безразлична, следовательно, бессмертие можно считать безусловным. Очень хорошо. Долго ещё мозгляк провозится? Кажется, я начинаю понимать…»

Сборщик подтвердил готовность, исходящий поток был сброшен в порт, а личность Жнеца изгнана из депозитария в мир.

***

«Кто разбудил меня? Ты? Кто ты такой, чтобы звать Жнеца?»

Страх пронзил А?киле до самых кончиков вени?р. Когда Ца?тмелх-А?йсис спрашивает, лучше ответить. «Эй а?тран…» – ответил Акиле: «Я жрец». «Посвящённый? Почему тогда боишься?» Никогда Акиле не думал, что Цатмелх так ужасен. Его взгляд, холодный как вода недоступных глубин, проникал в душу, ощупывал явное и потаённое: гнев, страх… Сомнения шевельнулись на дне души А?киле кла?ни Ну?мс – так ли уж бесспорно его жречество? Так ли чист гнев? Так ли он уверен в необходимости убить келеа?на? Терзаемый сомнениями нереа?н хотел ответить: «Смерть сухопутнику! Я жрец!» – но а?скаск свело судорогой, не получилось выдавить ни звука.

«Я спрашиваю тебя, почему ты боишься».

Равнодушный негромкий голос. Пытка. А?киле, борясь из последних сил, вспомнил запах келеа?на, испытал новый приступ ненависти, но сомнения… «Можешь не отвечать, я вижу. Ты не уверен в своей правоте».

Это было правдой, но жрец уже не владел собой. Невозможно остановить пущенный в ход цат, даже когда ты цат и ца?тмелх в одном лице. «Ты не серп, ты жертва».

– Цу ноца?т, цу кле?ва, – услышал Акиле, и сердца схватило непереносимой болью.

– Эй кле?ва… – начал он. Звук не вышел. Телом жрец более не владел, А?киле кла?ни Нумс не стало.

Четвёртый сноп

«Неудобное тело, – размышлял, исследуя новое воплощение, Жнец. – Такое уже было.