Метро 2033: О чем молчат выжившие (сборник)

Далеко ли?

– На все четыре стороны.

– Языком трепать вы все мастаки, а вот в остальном – салаги. Со мной люди рядом умирали, со мной такое происходило, что тебе и не снилось. И своими ножичками, спицами, всей этой хренотой ты других поражай, а на меня у тебя сил не хватит.

– А-а-а, та известная история? – Вырвав из контекста всего одну фразу и зацепившись за нее, продолжил палач. – Всю жизнь так – победы достаются генералам, смерть – солдатам, и только интенданты довольствуются свежими харчами.

Закон природы – дерутся между собой звери, а павших пожирают стервятники. В плюсе – только последние.

– Что еще ты знаешь? – неожиданно оживился Андрей.

– Мне бы лучше узнать то, чего я не знаю. Теперь вот в поисках простых ответов вынужден вырывать тебе пальцы, тратить на тебя свое время. Оно ни тебе, ни мне не нужно…

Он перестал слушать своего палача, так как воспоминания нахлынули совсем внезапно. Захлебываясь в яростном потоке, он пытался судорожно воссоздать картину былых событий, от которых еще долго не мог оправиться и просыпался в холодном поту…

– Надо, Андрюша, постараться! – Начальник станции расхаживал по своему маленькому, но уютному кабинету, гордо задрав нос и глядя куда-то в потолок, словно считая количество расползающихся пятен.

 – Представляешь, подтекает, зараза! Нынче паводки сильные наверху.

– Максим Евгеньевич, сделаем все как надо. Ребята подобрались славные. Каждого лично знаю, за каждого ручаюсь.

– Это хорошо, Андрюша, это хорошо! – Старик уселся на свое потрепанное кресло и как-то тяжело выдохнул.

– Максим Евгеньевич, разрешите?

– Валяй.

– По моему вопросу… Вы уж извините, дико неудобно… но раз уж говорим…

– Все будет, Андрюша, все будет. Ты, главное, сделай все как надо, а мы в долгу не останемся, слово даю!

По холодной кишке туннеля медленно передвигались семь человек. Между собой общались преимущественно жестами, которые известны были каждому, как таблица умножения.

Годы тренировок отточили в них инстинкты и взаимопонимание.

Впереди растекалась подозрительная тишина. Обычно станции укрепляли на подходах. Ловушки, мины, да хотя бы банки, а тут не было ничего. Что-то внутри Андрея било тревогу и заставляло нагибаться еще ниже, к шпалам, и озираться по сторонам в поисках того, кто рано или поздно нарушит невозмутимость пространства.

Яркий луч разрезал темноту. Потом еще один и еще.