Далила-web

Бабки у тебя на счету, отправь мне комиссионные и деньги за мозг.

Я осторожно взял со стола эмулятор. Чепуха, конечно, но мне казалось, что беру в руки настоящий мозг. Не поверите, так гнусно мне было, будто я сам замочил того чипанутого айдиота, чей чип теперь был в налокотнике. Прибил и забрал себе его душу. Но совесть совестью, а жить-то надо. Интерфейс симуличности отличался от обычного налокотного, но не так сильно, чтобы я не смог в два клика разобраться.

– Эй, Кэтчер! – крикнул я, заметив, что тот куда-то смылся из кабинета, пока я ковырялся в меню е-банкера.

 – Деньги уже зашли.

– Прекрасно, – удовлетворенно проговорил он, появляясь в двери кабинета с пакетом в руках. – Вот, держи.

– Что это?

– Рубашка. Или ты собираешься уйти в купальном халате? Будет великовата – закатаешь рукава.

Через десять минут я брел по Четвертой Радиальной улице к центру Нижнего Города. На мне была рубашка Кэтчера с закатанными рукавами. В плечах она оказалась узковатой, но налезла, хоть и с треском.

Налокотник непривычно сжимал руку, то ли потому, что хардовые налокотники вообще хуже флэксовых, то ли на меня плохо действовали мысли о чипанутом, личину которого на меня нацепил Кэтчер.

– Будут проблемы – заходи, – сказал мне он, пожимая на прощанье руку. – До свидания.

– До свидания, – сказал я в сторону, а сам подумал: «А лучше – прощай. Чипанутым буду, если мне захочется к тебе вернуться». Позже оказалось, что я ошибся, но это со мной часто случается.

Перед прощанием, он втирал мне что-то о работе, но слушал я вполуха, потому как мечтал побыстрее смыться. Запомнил только, что, если работы не найду, можно попробовать поступить в университет. У них, мол, и жилье, и жратва, и как раз вступительная кампания на носу. Универ не только потому зацепился за уши, что работать мне совсем не хотелось, была еще одна причина. Салли мне рассказывала о нем с месяц назад, и... Я понимаю, о чем вы подумали. Да, я сентиментальный дурак, и все такое прочее.

Но не так-то просто моментально отказаться от привязанностей, даже если они дурацкие. Салли говорила, что университет – это реальный шанс попасть в Верхний Город. Чуть ли не каждый второй, кто отучился, туда попадает, и после уж ему не приходится жалеть о напрасно потраченном времени. Мне не пришло в голову спросить у нее, куда девается каждый первый, – судьба каждого второго вполне меня устраивала; а после я и вовсе забыл о студентах-лузерах.