Варяжская сага

Я же всегда знал, что единственным учителем нордмана, желающего стать настоящим викингом, может быть только враг! Лишь в драке с настоящим противником викинги действительно чему-то учатся. Будешь плохим учеником – погибнешь в первой же стычке, и слава Одину и его валькириям – таких лопухов мне в моей дружине не надо! Будешь хорошим учеником – сам убьешь сотню своих врагов. Поэтому вот что я решил: чтобы вы не кисли со скуки, чтобы те из вас, кто впервые покинул берега Нордланда, поняли, куда мы идем и чем будем заниматься, чтобы пополнить наши припасы, да и чтобы самому мне как следует размяться, сегодня же, сейчас, мы выйдем на берег, найдем ближайшее поселение и спалим его дотла!

Хирдманы, дружно вскинув руки, проорали:

– Слава Бальдру!

Из рядов дренгов тоже раздались, хотя и нестройные, радостные возгласы.

Многим пришлась по душе затея Бальдра. Только Барг покачал головой, ему, хотя он и был правой рукой Бальдра, задумка вождя, кажется, пришлась не по душе. Ансгар не знал, что и думать. Кругом все, и среди них его старший брат, весело скалили зубы и, похватав оружие, потрясали и размахивали им. И Ансгару тоже хотелось присоединиться к этому ликованию, но он хорошо помнил, что согласился идти за море на службу к конунгу Остерланда, а вовсе не для того, чтобы грабить по пути мирные поселения. К тому же Ансгар видел неудовольствие на лице Барга, а мнение Барга для него в последние дни стало очень много значить.

– Наконец-то! – ткнул брата в плечо кулаком Агнар.

 – Стоящее дело!

– Точно! – громыхал рядом Оддвар. – Надоело уже махать веслом, пора и за копье взяться!

– А ты почему не рад? – спросил Ансгара Ульвар. – Забыл? Ты же наш Длинный Меч! Покажешь себя в настоящем бою!

Что и говорить! Бой – единственно достойное испытание для мужчины и надежный путь к славе. Или к смерти! Ансгар вынул из ножен свой меч и, любуясь, как клинок блестит на солнце, серьезным голосом произнес:

– Змея росы смерти![42 - Двойной кеннинг, обозначающий меч.

Роса смерти – кровь, змея крови – меч. (Кеннинг – разновидность метафоры, характерная для скальдической поэзии.)]

– Ха-ха-ха! – загоготали вокруг. – Вы это слышали?! Не иначе как Ансгар испил меда поэзии![43 - Мед поэзии – в скандинавской мифологии напиток, наделяющий того, кто его отведал, поэтическим даром.]

– Ну, брат, скажешь тоже!

Ансгар немного смутился, но серьезно ответил:

– Шутки шутками, а скоро нам предстоит окровавить оружие.