Ёперный театр

В ту пору в театре начали происходить чувствительные перемены. Предприимчивый армянин из оркестровой ямы поднялся на сцену с толстыми пачками денег в руках. Площадку начали сдавать в аренду звёздам эстрады, антрепризным театрам, а после и вообще мировым знаменитостям.

Министерство культуры начало выделять солидные гранты. Зашевелились режиссёры, художники и все, кто спешил оказаться у кормушки. В планах на будущий год уже было несколько грандиозных постановок.

Карл и его компания вот уже вторую неделю привлекали к себе внимание коллег.

Если Карл, как предводитель, умел скрывать своё состояние и делал всё по- тихому, то Лёлик с Михалычем давали «а капеллу». Монтировочный цех находился напротив входа на сцену, и во время спектакля не раз прибегали помощники режиссёра, требуя тишины.

Состояние Джона Бора выдавали солнцезащитные очки, которые из-за светобоязни он никогда не снимал. Когда Бор перебирал, то они кренились на переносице относительно линии горизонта, когда крен достигал критичных отметок, обязательно начинался скандал.

Выперся как-то Бор на сцену высказать помощнику режиссёра свои претензии к руководству. Не выбирая выражений, он озвучил способы сексуальных наказаний, которые обещал применить к каждому, кто хоть раз проявил неуважение к нему.

Джон Бор увлёкся и для убедительности начал на ходу придумывать воспоминания о своём боевом пути воина- интернационалиста, для остроты назвав себя лейтенантом не той пехоты. Помреж, внимательно слушая, забыла выключить микрофон на пульте.

Его миниатюры слышались всюду, где была установлена трансляция, включая дирекцию театра.

Монтировочный цех всегда с любопытством наблюдал за его импровизациями, периодически подливая масло в огонь. Получив необходимую порцию вдохновения, парни рисовали на стене злободневные карикатуры.

Стены вообще отражали все краски взаимоотношений в коллективе, прямо в глаза редко кто высказывался, но рисунки и надписи говорили обо всём и о каждом.

Всякий раз, становясь героем нового сюжета, раздосадованный Джон Бор угрожал коллегам сатисфакцией. На всякий случай в такие моменты он стоял на выходе. Эти сцены были настолько обыденными, что им не придавали значения даже художественные руководители, невольно слышавшие его драматический баритон.

Спустя некоторое время, для новой постановки потребовались металлические фермы, решили задействовать конструкции списанного спектакля.