Поле искаженной реальности. Мы видим мир таким, каким мы его видим

С этих слов и подобных им начи-нается каждый трендовый семинар или лекция, и не потому, что это бережно чтимая всеми традиция или какая-то вдохновля-ющая аудиторию мантра. Просто мы считаем, что для нас это самое важное из того, что происходит вокруг. Меняется все значимое и все дорогое для нас. Изменились формы бутылок «Кока-колы», появились устрашающие надписи на сигаретах, ухудшилось качество обедов в бизнес-классе, больше стало олимпийских видов спорта, улиц, станций метро, тарифов мо-бильной связи, и это самые незначительные изменения, и если бы только они.

Фактически мы живем в совершенно ином мире, не таком, каким мы его себе представляем или каким его услуж-ливо представляют нам.

Мы не желаем до конца себе признаваться в том, что наши представления о мире значительно отстают от меняющихся картинок реальности, от рекламных роликов и от провокационных анонсов. Размышления на эту тему похожи на описание некоей параллельной реальности, населенной иными существами, до безумия похожими на нас, но куда более циничными и погрязшими в потребительстве.

Мы запрещаем себе откровенно говорить на такие темы, потому что в душе считаем себя обязанными нести личную ответственность за этот мир. А это не столь приятно для нас, как любая другая ответственность, не столь эстетичная, некстати жестокая и бессовестно неприкрытая маркетингом.

Правда заключается в том, что этот мир изменяли мы. Мы сами, своим нетерпением, неутолимой жаждой наживы, врожденной леностью, чревоугодием и стяжательством, прелюбодеянием и унынием и, наконец, фанатично боготворимым нами техническим прогрессом, который, соответственно, и обслуживает все эти мотивации и мелкие поощряемые обществом пагубные наклонности и привычки.

Это мы, одной рукой держа гамбургер, другой нажимаем на кнопку старта запуска ракет, одним ухом прильнув к мобильному телефону, а другим – к наушнику от ipоd, одним глазом высматриваем биржевые кривые, а другим глазом – следим за слезливым сериалом.

Это мы изменили мир, и изменили его именно так. «Не так, как хотели, – оправдываясь шепчем мы, – а так, как получилось». Но есть ещё одна правда: если мы изменили мир именно так, значит мы и хотели именно такого мира.

Мы изменили мир и, соответственно, столкнулись с новы-ми для нас задачами свершившихся изменений, с совершенно иной, до этого не столь актуальной реальностью.