Данэя. Жертвы прогресса

Дан сделал ещё заброс, более рискованный, почти к самым кустам на сильно выступающем в воду мыске.

Повел – и тут же почувствовал, что зацепил. Было жаль блесну: щука явно шла на нее. Конечно, дома есть программа изготовления её, – но то дома, а он здесь, и неизвестно, придется ли ему ловить когда-нибудь ещё. Решил попробовать отцепить.

Действуя веслами, медленно подгреб к мыску. Солнце стояло низко, почти у самого горизонта. Легкий ветерок приятно обдувал лицо и голое тело и тихонько толкал лодку. Пока он возился, подергивая леску, осторожно, чтобы не оборвать блесну, ветерок развернул лодку, и она оказалась по другую сторону мыска.

Удивленный вскрик заставил его повернуть голову: по щиколотку в воде перед ним стояла женщина. Она была обнаженной; лицо и тело поражали невероятной, совершенной красотой. Солнце, уже коснувшееся горизонта золотило её последними лучами.

– Дан! – беззвучно шептала она.

– Лейли! – узнал он.

Дан смотрел, будучи не в силах отвести взгляд. До чего прекрасна она: самая красивая женщина на Земле! Ни одна гурия, чья красота – плод изощренной работы селекционера-генетика, не могла соперничать с ней.

И у гурии, даже самой красивейшей, не может быть такого взгляда, как у нее – величайшей актрисы.

Не отрывая от него широко открытых глаз, она пошла к лодке, всё глубже, глубже, пока в воде не скрылись плечи – только голова с густыми темными волосами, сколотыми на затылке в большой тяжелый узел, оставалась над водой. Бездонные темные глаза были полны слез.

– Дан! – простонала она, протягивая к нему руки.

Преодолев оцепенение, он прыгнул в воду и, подняв её, понес к берегу. Крепко прижавшись к нему, обняв за шею обеими руками, она замерла, будто боясь, что ей всё только кажется, и сейчас исчезнет.

Он вынес её на берег и опустил на песок. Склонившись перед ним на колени, судорожно рыдая, она стала исступленно целовать его ноги.

– Лейли, сестра, что ты?! – Дан нагнулся к ней. Она подняла голову, и в её он увидел страшно многое: муку и радость, страсть и преданность, робость и нетерпение.

Он снова взял её на руки, прижал к себе. И почувствовал, как начинает дрожать, что нетерпение тоже растет в нем. Порыв страсти бросил их на теплый песок, сплел тела.

…Они очнулись от непрерывных позывных.

– Дан, старший брат мой, отзовись! Где ты? Дан!

– Я на острове. Что-нибудь случилось?

– Я испугался: твоя лодка далеко от берега, но тебя в ней нет.

– Я забыл её привязать.