Салага

– Ладно, не скромничай. Не велено разглашать военные секреты родины, так и скажи. Тогда оставим в покое твое суровое прошлое и поговорим о светлом настоящем. В Москве как очутился?

Олег рассказал о запоздалом «дембеле», приглашении тетки и днях, проведенных в гостях.

– В ожидании рейса на Красноярск зашел в буфет, а тут ты, словно стихийное бедствие, нагрянул, – закончил он рассказ.

– Класс! Выходит, вместе летим, – обрадовался Ленька. – Я на днях сессию спихнул и домой звякнул стариков своих порадовать.

Они наперебой: мол, предстань, сын наш, не мешкая, пред очи наши, поспеши очистить сердца родительские от тоски глубокой и не проходящей по кровинушке своей драгоценной. Я расчувствовался, собирался вчера вылететь, но билет лишь на сегодня достал. Видно, самой судьбе было угодно, чтобы мы с тобой встретились.

Стыли отодвинутые в сторону сосиски, давно не вился над граненым общепитовским стаканом с кофе жиденький белесый парок.

– Ты ешь, ешь, – спохватился Лешка, – скоро посадку объявят.

Олег придвинул к себе тарелку.

– А ты? Компанию не составишь?

Ленька нерешительно пожал плечами.

– Я, вообще-то, перед отъездом в аэропорт свою трудовую мозоль под завязку заправил, – поглаживая живот, признался он. – Разве что кофейку стаканчик пропустить с булочкой, чтобы тебе веселее чавкалось.

Лушевский на минуту отошел к буфетной стойке. Возвратившись со стаканом кофе и замысловато закрученной булочкой-плюшкой, возобновил разговор:

– Планчик гражданской жизни накропал уж?

– Пытаюсь только.

– Ряды советского студенчества пополнить не намереваешься?

– Теперь и сам не знаю. Тетка мне об этом уши прожужжала, ты вот о том же. Откровенно говоря, большой охоты не испытываю. Вот в Москве в качестве студента покантоваться бы рискнул. Больно хорошо у вас.

Ленька прожевал кусок пахучей мягкой сдобы и пдтвердил:

– Еще как хорошо! Насчет пожрать, одеться, развлечься – никаких проблем, если деньги имеешь. Какие кабаки! Девочки! Вливайся, землячок, в наши ряды, сам увидишь.

Я твоим путеводителем буду. Дадим на пару копоти. Можешь у меня остановиться. Мой двоюродный дядя по отцовской линии москвич. Его престарелая мама в отдельной однокомнатной квартире жила, а родительница жены в двухкомнатной. Квартиры находятся в разных районах города, и присматривать за бабулями было сущей морокой. Так дядя в целях экономии времени рацуху внедрил: свою старушку-мать подселил к теще.