О российской мафии без сенсаций

Возможно, термин «мафия» пришел из искусства, будучи выдумкой авторов пьесы? А уже позднее, попав в служебные донесения, войдя в научный обиход и журналистику, стал общеизвестным… Один из словарей, изданных в Италии, в том же Палермо, трактует слово «мафия» как «хвастовство»; другие значения слова – «надменность», «дерзость».

Некоторые исследователи считают, что это слово произошло от названия арабского племени «maafir», поселившегося в Трапани (опять-таки на Сицилии) и первоначально означало «защита», «предосторожность».

В арабском языке есть слово «marfa» – «укрытие», «тайник». Во французском – «mauvais», что означает «плохой», «злой».

Оригинальна версия венгерского ученого Габора Геллерти. Он трактует слово «мафия» как аббревиатуру лозунга «Morte alla Francia, Italia aneta!» («Смерть Франции, вздохни Италия!»), родившегося во время антифранцузского восстания на Сицилии весной 1282 г., которое вошло в историю под названием «Сицилийская вечерня».

Пожалуй, с конца 60-х гг. XIX в.

деяния мафиози связывают не просто с бандитскими нападениями. Главной чертой мафии стала организованность. Воздадим должное упомянутому выше начальнику палермской полиции Гуальтверо. Будучи «человеком со стороны», не сицилийцем по рождению, он тем не менее сумел глубоко вникнуть в сложные проблемы жизни острова. Именно он обратил внимание на то, что мафия – это социальное явление, жизненно важный элемент которого – связь с правящими кругами.

Со временем, не без усилий прессы, мафия предстала в общественном мнении подобием некой тайны, секты со строгой иерархией, планирующей и осуществляющей в национальных и международных масштабах преступные действия, сплоченной мистическими ритуалами и системой жестокого контроля, беспощадно обрушивающейся на всякого, кто нарушает ее законы или действует ей вопреки.

Однако если бы все было так и только так, то главари мафиозных банд и их подручные в конце концов оказывались бы в руках правосудия. Но в большинстве случаев этого не происходит.

Мафия продолжает существовать. Почему? Потому что это глубоко укоренившееся во многих странах социальное явление представляет собой особый уклад жизни, уродливую разновидность власти.

Мафиози нельзя отождествлять с обыкновенными уголовниками, которых мафия часто использует для «грязной работы». В определенных обстоятельствах и сам мафиози действует как обычный уголовник, но его сознание и жизненный стиль отличаются своеобразием.