nD^x мiра

Ей тоже казалось, что там кто-то живет, и взрослый, уже прочно поселившийся в ее голове, посмеивался над этими детскими выдумками, не особо мешая Кате мечтать. А она очень любила мечтать, особенно после того, как ей попалась фотография «Семицветика», сделанная в до боли ясный солнечный день. Второй раз в жизни она так горько плакала, не могла ни есть, ни спать несколько дней. В первый раз умерла мама у нее на глазах.

Робот повис над ними и помигал прожектором. Он торопил. Катя скомандовала, и группа двинулась дальше.

Идти пришлось очень долго, дети сильно устали, хорошо, что после пруда Катя разрешила снять маски.

Они сделали привал в одном из подвалов, все точки отдыха Катя знала наизусть, ей не нужна была карта на планшете. Если что, робот всегда подскажет, надо научиться верно понимать язык жестов беспилотника. Катя быстро выучила этот язык и знала, когда робот улыбается, а они умели это, даже страшные на вид, ощетинившиеся стволами и ракетами патрульные станции.

«Страх порождает невежество, а невежество порождает злобу», – Катя отлично помнила слова своего наставника Булата, его убили военные в прошлом году, остальных не нашли. Катя очень скучала по нему, как и по всем, кого вылавливали и пытали до смерти, как шпионов, но она не плакала по ним, не разрешала себе, лишь сдаваясь во сне, просыпаясь с засохшими на лице слезами. Петр Николаевич много рассказывал о том, что организм гораздо умнее и сильнее нашего сознания, иначе бы никто не выжил в этом аду. Как он будет рад, когда она приведет новеньких, ее первая самостоятельная операция.

Дети ели и пили, Катя не разрешала есть много, тогда сильно клонило в сон, а им еще спускаться в подземный город. Она съела две галеты и выпила три глотка воды. До рези в животе хотелось больше, но нельзя, она сама уже устала, рюкзак был привычным, такой вес она носила много раз, тренировалась, но Катя не рассчитывала, что их заметят военные, их не должно было быть в дневное время на улице.

Передохнув, они прошли еще три квартала. Здесь Катя остановилась у неприметного люка. Подняв его, сняла рюкзак и посветила вниз фонариком.

– Я спускаюсь первая, потом малыши. Заур, Коля, помогайте им.

– Я задвину люк, – сказал Заур, примеряясь к тяжелому чугунному диску. Люк был слишком тяжел для него.

– Не надо, дрон закроет, – Катя помахала роботу, дрон спустился к ним. – Спасибо тебе и до встречи.