Василиск

Он смотрел машинально, в голове его уже роился улей разных мыслей, вводя его в состояние некоторого лунатизма. Именно на таком автомате, погруженный в свои мысли, он направился в приемное отделение. В голове его сталкивались последние слова друга, веселый смех Аньки, вот уже начинала появляться уверенность в себе, он уже почти пообещал себе завтра же объясниться с ней, но тяжелое, холодное чувство неудачи, до боли знакомое, резануло яркую картину острым ножом со стекающими черными каплями сомнений. Несломленная уверенность начала биться, отвоевывая по кусочку право – вершить его судьбу, но вдруг все померкло.

Все мысли об Ане, о возможном крахе сразу пропали.

Алексей остановился в задумчивости. С удивлением он обнаружил себя уже у входа в приемное отделение. За дверью слышались женские голоса, весело обсуждавшие предстоящее дежурство. Пытаясь сосредоточиться на этой болтовне, Алексей начал прислушиваться, но возникшая раннее мысль молниеносно вернулась, заместив собой все.

Его беспокоил рассказ Наташи.

Теперь же он мог без сомнений сказать, но надо сначала осмотреть тело. Уверенность в своей правотеросла в нем огромными рывками, так что, осмотр тела уже был не столь важен.

Алексей резко отворил дверь, прервав разговор на полуслове, и вошел в приемную.

– Добрый вечер, – тихо проговорила одна из медсестер, сконфуженно опустив глаза на процедурный столик, ПЕРЕБИРАЯ и так аккуратно разложенные инструменты.

– Здравствуйте, – поздоровалась вторая, залитая густым румянцем.

Буквально секунду назад они обсуждали того юнца, что дадут им в ночь на съедение.

– Добрый вечер, – Алексей поздоровался с ними, рассматривая карту назначений. Он не слышал их разговор, но по сконфуженному виду понял, что они обсуждали его. Алексей усмехнулся. – Поступления были?

– Нет, все тихо, – ответила первая медсестра, она закончила перебирать ампулы на столике и принялась укладывать полотенца на стеллаж.

– Хорошо. Я пока сбегаю к себе в отделение.

Он вышел за дверь, через пару минут до него донесся еле сдерживаемый хохот и глухой лязг падающих суден.

Алексей не повел и бровью, его не беспокоил веселый нрав медсестер, всегда высмеивающих новеньких ординаторов.Бывали, конечно,ребята, ставившие себя сразу Господином Доктором, но частенько возвращались обратно на землю со своих академических небес, разбиваясь о неприступную скалу реального опыта.

Сообщений не было. Алексей убрал телефон обратно в карман.