Разум нужен всем

О чём там был разговор, не трудно догадаться, и Одинцов, раскрасневшийся и нервный, долго не мог успокоиться.

В таком состоянии он вечером пришёл домой.

– Стасик, переоденься и приходи на кухню, я накрою на стол, будем ужинать, – спокойно обратилась к нему Светлана.

– Не хочу я ужинать. Позже подойду, – слишком резко ответил Анастас, чем немало удивил свою жену.

– У тебя неприятности?

– Всё в порядке.

– Почему ты такой возбуждённый? – не отступала Светлана. Она по-прежнему любила его и чувствовала самые незначительные колебания в настроении.

– Я выйду немного позже, – оборвал Анастас.

Спустя час, Светлана зашла в комнату к Анастасу, молча, приблизилась к нему сзади и тихо прислонилась к его волосам губами.

– Идём в кухню, Стасик. Анютка уже уснула, а я без тебя не буду садиться за стол.

Нежное прикосновение жены и ласковый, успокаивающий голос вывел Анастаса из состояния отрешённости, и он, вслед за ней, вышел на кухню.

Через два дня, когда Анютка щебетала, подпрыгивая на коленях у отца, Анастас, вдруг почувствовал, как дочка притихла, перестала выкручивать ему руки и что-то шёпотом повторяла, повторяла.

Сразу после этого Анастас услышал голос, рождающийся у него в голове, какой он не раз слышал при разговорах с генианцами. Нечто похожее бывало у него и при общении со Светланой, а также с Серёжей Умаровым. Только теперь этот голос был как бы, вне и одновременно внутри его, и, в то же время, казался чужим, посторонним.

– Я снова пришёл к тебе, девочка, – услышал Анастас, – я скучал эти дни, не видя тебя.

Ответа Анастас не услышал и внимательно посмотрел на дочь.

– Здравствуй, Анюта, как ты себя чувствуешь?

Снова ответа не было слышно. Только губки Анюты что-то шептали, и она внимательно смотрела вдаль, в окно, на улицу.

На её лице отображалось некоторое состояние удовлетворённости или, может быть, радости. Детские эмоции трудно скрыть, они точно выражают те чувства, которые в данный момент владеют человеком.

– Мне отец говорит, что моё общение с тобой может нанести вред тебе, и я хочу точно знать, не чувствуешь ли ты какое-нибудь неудобство или расстройство после моего появления рядом с тобой?

Анастас слышал все эти вопросы, ему было трудно сдерживаться и не вступать в разговор, ведь, любая его мысль могла быть услышана генианцем, а он не хотел раньше времени обнаруживать себя. Необъяснимая ревность терзала и удерживала его от решительного шага.