Врата в Истину. Мир Сфер

Нащупав отупевшими пальцами плотную ткань, солдат сорвал её. Внизу оказалась бочка, закопанная в землю по обруч. Солдат принялся усердно по ней колотить руками. Понимая, что ничего не выходит, он стал шариться по земле. Вскоре он нашёл оставленное рядом шило. Ударив им по бочке, тонкая крышка тут же продавилась внутрь, открывая доступ к дешёвой браге.

«Вот зачем…»

Окунувшись головой внутрь, солдат стал что есть мочи пить. Процеженная и сильно разбавленная бражка – остатки от производства пива и других напитков.

Брага закупалась фортом как раз дней Равновесия. Вода при высоких температурах протухнет, а брага останется в порядке. Впрочем, идеальным решением она тоже не являлась, ведь пить её трудно.

Вчерашней ночью солдат едва не погиб. Все эти года, с самого рождения, он пережидал последние дни шарха в глубоких подвалах. Подобные можно найти в любой деревне, городе – достаточно добраться до постоялого двора. Заполненные заранее подготовленной жидкостью, едой, такие места спасали от холода «тумана» и испепеляющей жары «удушения».

Настолько привычным оказалось прятаться в подобных местах, что попытка переждать Равновесие близь поверхности казалась безумной.

Но опасность представлял не только двухдневный промежуток между шархом и тешеном. По окончанию каждого из четырёх сезонов, мир ждали испытания. Таковые различались по длительности и назывались исступлением – слово, данное людьми для обозначения последствий и агонии мира, познавшего раскол Бога. До Алого Заката, тысячелетия назад принесшего хаос, мир не знал бед.

Тем не менее после него, как итоги катастрофы, остались и такие короткие по длительности, но невероятно жуткие явления. Однако худшим являлось отнюдь не Равновесие, а Случайность и закономерность. Впрочем, это не умаляло тех жертв, которые приносило каждое исступление.

Солдат поднял голову, без сил лёг на землю у края бочки. Его взор упал в сторону лежанки брата по оружию. Еле заметная в темноте землянки фигура лежала неподвижно.

Смрад, от него исходивший, не давал и надежды. Больше с ним выпить не удастся.

– По… чему… – Голос до сих пор не восстановился. Он звучал сипло и болезненно.

Поднявшись с земли, солдат направился к выходу, скрытому ширмой из веток и ткани. Но, не успев выйти из землянки, тут же получил по носу заграждением.

Отодвинув то, что защищало обитателей укрытия, у входа показался командир.

– М-м-м. Вроде живые, а пахнет-то почему… Вот Вражды отродья.