Врата в Истину. Мир Сфер

Ужас – это не то, чем можно достоверно описать ощущения, когда присутствуешь рядом с мясным и постоянно изменяющимся отродьем. Видя нечто схожее, ты ломаешься, будто меняешься вместе с ним. Данзан знает об этом не понаслышке, ведь наёмник смог выжить, присутствуя рядом с тварью на расстоянии нескольких метров. Чудо для выжившего, но напоминало оно, скорее, уродливое проклятье.

«Гх… К-командир…» – За последними словами затихли и все звуки.

Вокруг никого не осталось. Все мертвы. Красная пелена стала застилать округу, чувства помутились.

. Главная трудность таких снов – неспособность отвернуться. Проходя через них сотни раз, как в первый, хочешь увести лицо, закрыть уши, забыться. И никак не можешь, ведь вынужден смотреть, слушать сиплые и рыдающие голоса, наблюдать за ускользающими жизнями подчиненных, чьи тела были разделены на две ровные половинки. Командир уже не вспомнит имён. Однако лица, жизни, слова и прошлое – всё это останется с ним навсегда. Призраки тех, кого он потерял.

И всё же мужчина не винил себя в их смерти.

Данзан сокрушался только от того, что выжил тогда сам.

Глава 1 – Старые раны

1458 год по календарю Тора. 83 день шарха.

– Вот брода калёного… Где моё пиво?.. Я же тут, вроде, оставил. – Хриплый голос раздался из уст Данзана, лицо которого скривилось от навязчивого запаха сырого мяса.

Эта резкая и мерзкая дрянная вонь преследовала его всегда по пробуждению, а местами и в моменты стресса. Чувствуя непривычную прохладу в веках, южанин стал давить глаза огрубевшими пальцами.

Больно.

Резные яркие ставни настолько плотно прилегали к оконной раме, что даже тусклый лучик проходил с трудом. Для Данзана, по обыкновению просыпающегося от ощущения нагретого лица, это казалось неприятным.

– А… Вот оно.

Схватив рукой кружку, стоящую неподалеку, южанин стал с жадностью глотать её содержимое, дабы хоть немного погасить застывший в ноздрях запах. Обжигающая ягодная настойка прошлась по горлу, словно наждачка, заставляя наёмника глухо закашляться.

«Чего?.. Я на ночь глядя решил себя угробить?»

Мужчина выпучил глаза, не ожидав, что возьмёт к похмелью перед сном не столового вина или слабой бражки, а крепкую настойку.

Он – Данзан, степной корд, рождённый к югу от тамрамских земель. Покинул Рыжие степи вскоре после смерти дорогого ему скакуна. Раталас стал для него кормящим домом, ведь королевство, находящееся в войне с Гавелоном уже не одно десятилетие, привлекало воинов со всех сторон.