Всегда в цене (сборник)

– Ну-с, тут не все так просто. Лично я про эту фирму только слышал, но ничего конкретного пока не знаю, хотя, конечно, справки наведу. Пока все, дружок.

Натан Семеныч с непонятной радостью потер ладошки.

– Вы мне непременно позвоните завтра, я обязательно что-нибудь узнаю. Не хочу напрасно обнадеживать, но, думаю, помочь вам можно. Можно, дружок!

Он встал и торжественно протянул через стол тонкую воробьиную ручку. Славич осторожно пожал ее и в ответном пожатии вдруг почувствовал, что сил у старикашки еще очень много.

Он пристальней заглянул в живые, искрящиеся глазки Натана Семеныча и снова усомнился: старикашки ли?

От Пушкинской он пошел пешком в центр, обнаружив с удивлением, что не был здесь очень долго. Многое было ему здесь незнакомо. Славич с глухим раздражением читал странные наименования давно знакомых забегаловок. Там, где год назад продавали бутерброды с фальшивым кофе и куда Славич с коллегами изредка забегали распить под бутерброды бутылку водки, теперь был «Супермаркет».

Этот супермаркет располагался на общей площади двадцать пять квадратных метров. Тут и вправду было все, от мужских носков до тайваньского телевизора, но в единственном числе. Места в супермаркете для товаров не хватало. Даже лишняя пара носков неизбежно вытеснила бы телевизор с прилавка.

Прогулкой Славич остался недоволен, изменившийся город ему не понравился. Он вдруг испытал странное ощущение, что и люди, с которыми он всю жизнь прожил в одном городе, теперь ему незнакомы непривычной настороженностью лиц и беспричинным отчуждением.

Многие из них смотрели на Славича как на потенциального врага, и от досады и смущения Славич перестал смотреть в глаза прохожим.

Когда он входил в метро, уже стемнело. Час пик закончился, люди молча стояли на платформе, ожидая поезда. Славич взглянул на световое табло и вдруг увидел шагах в десяти соседку с третьего этажа. Некоторое время он раздумывал, стоит ли подойти, но решил этого не делать. Метро – не самое подходящее место для начала знакомства, лучше было подождать, пока они доберутся до своей станции.

Поток воздуха из тоннеля закачал люстры под потолком. К перрону с вытаращенными фарами вырвался поезд. Двери открылись, выплевывая пассажиров, словно отработанный материал. Вслед за чьими-то спинами Славич протолкнулся в вагон и довольно удобно пристроился в уголке. Он хорошо видел отсюда аккуратную светлую головку соседки, стоявшей в другом конце вагона.