О чем не сказал самый богатый человек в Вавилоне

Я узнавал все эти истории – ведь я на них вырос! Понимаете, это же не «Тысяча и одна ночь», известная любому человеку. Это были сказки из моего детства, они должны были принадлежать только мне и моему отцу. Я же думал, что их сочинил именно он, и я как будто наследую ему в этом тайном знании.

«А что, если мой отец и есть этот Дж. С. Клейсон?» – в мою голову пришло самое простое и очень желанное объяснение.

Успокоив себя этой мыслью, я стал читать дальше. Пять законов золота, истории из сундука, «стены Вавилона защитят тебя», Дабасир и его долги, Шарру Нада, не желавший трудиться, и… И все.

На этом книга закончилась. Но она должна быть намного толще! Я вертел ее в руках и так и этак, даже заподозрил какого-то негодяя в том, что он выдрал половину листов. Спросил у библиотекаря, где же второй том? Должно быть продолжение! На что тот лишь отрицательно покачал головой, признав, впрочем, что второй том бы не помешал: первый был довольно популярен.

За ответом я мог пойти только к одному человеку.

Я прыгнул в свой старенький «Шевроле» и поехал в калифорнийскую Напу – город, где я вырос.

– Отец, – спросил я, когда мы сидели на крыльце нашего дома, наслаждаясь весенним солнцем и бокалом прекрасной сиры, – в библиотеке я нашел книгу с теми сказками, что ты рассказывал мне в детстве про Вавилон. Но там не достает доброй половины. Где ты раздобыл эти истории? И не ты ли, случаем, тот самый Дж. С. Клейсон?

Отец удивился: о книге он ничего не слышал. Но вот что он мне рассказал.

Будучи еще совсем юнцом, отец потихоньку начал подрабатывать на виноградниках здесь, в Напе, чтобы помочь своей семье: богачами мы не были. И он стал наведываться к одному старику, тому самому Джорджу Сэмюэлю Клейсону:

– Он приходится нам какой-то дальней родней, седьмая вода на киселе. Я рассчитывал занять у него деньжат на подержанный пикап, чтобы возить инструменты, удобрения и урожай. Он-то был побогаче нас. И знаешь, он дал мне половину суммы и сказал, что вторую половину инвестирует в мои знания и поведает кое-что интересное.

Я тогда, помню, сильно на него разозлился: на кой черт мне твоя болтовня, если мне нужен пикап? Но он стал рассказывать все эти удивительные истории, и я увлекся ими со всей страстью.

«Дядя Джорджи», как назвал его отец, утверждал, что все притчи были выбиты на древних клинописных табличках, которые тот расшифровал еще будучи молодым. Что ж, может быть и так – я этих табличек не видел.