Будни лейтенанта Барсукова

– Нет, Барсуков, так не пойдёт, тем более с матросами, вы же офицер! – замполиты на корабле зачастую были вынуждены отрываться на несколько сантиметров от палубы, чтобы, свободно паря в воздухе и совершая пассы руками, направлять моряков на путь непреложного учения марксизма-ленинизма.

– Сергей Иванович, так никто даже пальцем не пошевелит, пока его не обложишь крепко по мамке. Давайте я прямо сейчас эксперимент проведу?

– Что за эксперимент?

– Специально для вас, – Бася поворачивается на стуле к «Каштану», вмонтированному прямо в стол перед ним, переключателем вызывает верхнего вахтенного делано вежливым голосом, – верхний вахтенный, подойдите, пожалуйста, к «Каштану», – и откидывается на спинку стула, уверенный, что ответа не последует.

На ГКП народ с интересом начинает наблюдать за ходом действа – принцип «хлеба и зрелищ» на флоте ещё никто не отменял, и только замполит не понимает, что он уже на подмостках, а остальные в зрительном зале. Проходит секунд тридцать – «Каштан» молчит.

Тогда Бася немного громче и, плотно прижимая гарнитуру ко рту, хорошо поставленным командирским голосом произносит:

– Верхний вахтенный, подойдите к «Каштану»!

В ответ – тишина.

Для чистоты эксперимента Бася в третий раз вызывает «Недремлющее око» с автоматом наперевес, обязанное по первому зову отзываться:

– Верхний вахтенный, подойти к «Каштану»!

Опять тишина.

– Сергей Иванович, вот видите, не понимают они литературного языка великого Тургенева, Тютчева и Толстого, того самого Льва Николаевича.

– Ну и что дальше, Барсуков? – собственно, как знатоку человеческих душ, замполиту понравилась психолингвистическая завязка эксперимента.

Тогда Бася жестом показывает знак «внимание», обозначая продолжение эксперимента, и нарочито нейтральным голосом произносит:

– Раскудрить твоё коромысло в базис и в надстройку, верхний вахтенный, млять!

– Есть ГКП, – ответ последовал немедленно, словно по волшебству, на что все дружно заулыбались.

– Понятно, Барсуков, ты, как всегда, хохмишь, – замполит умел ценить юмор и, уже уходя, как бы невзначай добавил: – Утром занесёшь протоколы комсомольских собраний?

У Баси отвисла челюсть, а глаза стали по рублю с аверсом Владимира Ильича Ленина:

– Сергей Иванович, да вы что? Там же за два предыдущих до меня года восстанавливать надо!

– Барсуков! Если партия сказала: надо, что отвечает комсомол?

– Нет! Убейте, не смогу.

– Ладно, недели хватит?

– Две.

– Только хамить не надо.