Море на двоих. Записки подводника

И на самом деле муторная корректура состояла в том, чтобы из Извещений мореплавателям судов (ИМС) переносить на карты изменения: где-то глубину моря гидрографы уточнили, где цвет маяка изменился или, поменялись рекомендованные маршруты и курсы следования.

Валерий Алексеевич Кондратьев был исключительным интеллигентом. Никогда голос не повышал, общался доброжелательно, почти на равных даже с курсантами. Крепкие слова не употреблял, вразрез стереотипам о матерщине на флоте. Вы удивитесь, но именно такое мнение сформировалось о капитане 1-го ранга у лейтенанта в первый день на флоте.

Кондратьев Валерий Алексеевич, контр-адмирал. Окончил Каспийское ВВМУ им. С. М. Кирова в 1972 году, служил командиром ЭНГ БЧ-1, командиром БЧ-1 АПЛ СФ, флагманский штурман 11 флотилии АПЛ. С 1989 года – зам. главного штурмана, с июля 1995 года – главный штурман Северного флота. Участник многих дальних походов и государственных испытаний тяжёлого атомного крейсера «Пётр Великий».

Отправившись в казарму, Борисову пришлось обратиться к старшему помощнику, командира не было:

– Товарищ капитан 2 ранга представляюсь по поводу назначения на должность инженера электронавигационной группы, лейтенант Борис Борисов!

Экипаж собирался из отпуска.

Все слонялись из угла в угол, разброд и шатание, домино в курилке и частые построения, чтоб по домам не рассосались. Хуже нет, чем плавсоставу томиться в казарме, лучше на корабле Родину защищать.

Только что прибывший лейтенант в гримасах ходит по коридору. Спина прямая, подбородок дерзко задран.

Вдруг появляется блондин, вернее, только голова в приоткрытой двери:

– Товарищ лейтенант, здесь располагается экипаж Журавлёва?

Борисов с высоты своего роста важно отвечает:

– Да, лейтенант, чё хотел?

– Понятно, а вы, наверно, давно в экипаже служите?

– Давно.

– Как экипаж? Народец нормальный?

– Ясен пень и острый перец, ребята отличные, командир – уважаемый!

Голова блондина тут же скрылась за дверью. Что хотел? Борюсик так и не понял.

За три дня в курилке познакомился почти со всеми.

Сложно было запомнить имена и отчества. Это традиция – на подводных лодках обращаться друг к другу не по воинскому званию, а по имени-отчеству. Около сорока офицеров и мичманов, поди запомни сходу. Жизнерадостный штурманёнок и сам по мановению флотского порядка превратился в Бориса Николаевича – статус, офицер подводного крейсера. На третий день игры в домино экипаж собрался в полном составе и сразу начал принимать корабль.