Проза морской жизни. Записки подводника

Это совпадение в своё время обнаружил нескончаемый оптимист Ваня Чернявский.

Кто-то спросил у писателя Грабаря:

– Какими судьбами Вы оказались здесь и сейчас?

– Людмила Николаевна, жена Виктора Ивановича, любезно пригласила, приезжай, говорит. Именинник хоть с тобой рюмочку пропустит, а то его выпускники не злоупотребляют, ведут здоровый образ жизни.

Вот сидим, пьём соки, чай, а в голове от эмоций пьяным-пьяно.

Мне, не щадящему свой организм ограничениями, удалось взять бутылку коньяка, но раскупорить её не случилось, поддержал компанию.

Эмоций от общения с избытком. Как хорошо с друзьями! С утра – никакого похмелья, останутся только лучшие воспоминания, заряд энергии от встречи и лёгкая грусть от расставания.

Готовили шашлыки, жарили колбаски на мангале и красную рыбу в фольге. Лучшим поваром у горячего поста за последние годы стал Руслан Тихонов, ему все доверяют, остальные не мешают. Попробовали бы – Руслан служил в противодиверсионных силах, был водолазом. Сейчас участвует в международных соревнованиях по плаванию, чемпион Европы.

Всё как обычно. Виктор Иванович раздул самовар на углях. Долго мучился, но упорство было вознаграждено, самые терпеливые дождались ритуального чая аккурат к завершению высокого собрания.

Да, сладкоежкам очень понравился торт, который самолично испекла жена питона, что с гитарой пришёл, сам играл и пел. Всем досталось по небольшому кусочку, отчего лакомство становилось более вожделенным.

Общаемся достаточно часто. Казалось бы, все истории пойдут по которому кругу.

Нет, всегда на встречах с друзьями лучше молчать и слушать! В этот раз каждый поведал свой рассказ о поступлении в училище. Истории были неповторимыми и интересными. Все так старались поступить, с детства мечтали о море. Мне было неловко признаться, что выполнял первый приказ в своей жизни: «Ты будешь нахимовцем!» Личного желания особо не проявлял. Но приказ есть приказ, тем более от мамы. Как я ей благодарен, что направила меня по интересному жизненному пути.

Жора прочитал свои стихи.

Размышления у памятника Строгову (1982 г.)

Вот он бронзовый – смотрит в упор

Чуть надменно и чуть свысока.

И так же холоден пристальный взор,

Карандаш не уронит рука.

И уже холодеет душа,

И от страха немеет живот,

Потому что он вновь не спеша

Что-то пишет в ужасный блокнот.

Может, кто-то, ломая кураж,

Скажет: метод его устарел,

Или скажет его карандаш —

Как копьё донкихота удел.