Танкистка

Пока мы всем этим занимались – танки ремонтировали, ехали, а до того шли, – уже и день стал к вечеру клониться. Устали мы сильно, все же пришлось и поработать ударно, и кувалдами помахать, и тяжести потаскать. Так что на сегодня довольно – баста, карапузики, будет новый день, будут и новые проблемы, а пока надо и отдохнуть от трудов наших праведных.

Накинув на танки маскировочные сети, мы развели небольшой костерчик. Неподалеку от нас оказался маленький родничок; впрочем, удивляться этому было нечего, все же мы в Белоруссии, а тут рек, озер и болот хватает, а вследствие этого и ручейков с родниками тоже.

Вода оказалась холодной и вкусной. Мы все напились, а потом зачерпнули ее в котелок и пошли готовить кашу на обед, он же ужин; а то, что было днем – не считается, сойдет за полдник. Закинули в котелок пшенки, туда же банку тушенки и на костер поставили, вернее подвесили: срубили пару раздваивающихся веток и воткнули их в землю, а на них положили прямую палку с котелком. Второй котелок тоже повесили над огнем и туда сыпанули чаю.

Поздний обед или ранний, но очень плотный ужин вышел на славу. Пшенная каша с жиром и консервированным мясом и чай с сахаром, а также трофейные галеты, которые у нас еще были… Короче, наелись мы до отвала, но нашим молодым организмам это только на пользу – обед на свежем воздухе после того, как мы ударно потрудились. В общем, не потолстеем мы от этого точно. Ребята снова распределили дежурства между собой, а я спокойно продрых всю ночь.

Утром, когда мы готовили завтрак, к нам из леса вышли незваные гости.

Сначала послышались осторожные шаги, хрустнули несколько сухих веток под чьими-то ногами. Мы быстро похватали оружие и приготовились в случае чего лезть в танк; правда, в этот момент будем уязвимы: лезть-то надо через башенный люк, а он один.

В это время на нашу импровизированную поляну осторожно выглянул человек в советском танкистском комбинезоне. Увидев нас, он явно обрадовался и воскликнул:

– Привет, славяне!

Следом за ним из леса вышли еще трое в таких же комбинезонах.

Продолжая держать их на мушке, я крикнул:

– Старший ко мне с документами, остальным стоять на месте, иначе будем стрелять!

Подобное отношение их сразу насторожило, но что-либо делать было уже поздно. Оружия я у них не увидел, может, разве что у кого пистолет или револьвер есть, но на виду их не было. Один из них, тот самый, что первым вышел к нам, осторожно приблизился ко мне и протянул свою красноармейскую книжку.