Монета Судьбы

Улицы, наводнённые стариками и инвалидами… дни в тёмной землянке… постоянная боль в животе от голода… старшая сестра, приходящая вечером домой в изнеможении с мешочком постных продуктов. Каждое воспоминание было похоже на предыдущее, различаясь в маленьких деталях. Неизменной оставалась только невыносимая бессильная злоба от невозможности что-либо изменить.

– У тебя душа странно пахнет. Очень старая.

Сквозь какофонию образов и эмоций в голове Михаила прорвался голос мальчика – первого и законного владельца тела.

– Почему ты не даёшь мне убить себя? – прохрипел Михаил, слюна стекала по его подбородку и падала на пол.

– Мне нужно быть живым, чтобы помогать сестре.

– Ты не можешь ей помочь. Ты сам себя чуть не убил. Я могу избавить вас обоих от страданий этой проклятой жизни…

– Та девочка была твоей дочерью? – перебил голос мальчика.

– Откуда? – Михаил закашлялся.

– Я видел твою жизнь. Я не хотел смотреть, само получилось…

В сознании остался только один образ – девочки с тёмными волосами, что два дня подряд не отходила от больного Михаила.

– Это Мия. Красивая, правда? Я хочу дать ей всё, что она захочет. Не убивай нас. Мёртвым я не смогу исправить свою жизнь.

Образ Мии всё ещё находился перед глазами. Чем дольше он смотрел на неё, тем больше приятных черт замечал под следами голодной жизни. Ей было лет одиннадцать, немного старше Ани, чем-то похожа внешне, разве что волосы короче и темнее, а глаза серые, не зелёные.

– Я не мог исправить свою жизнь… И ты не сможешь, – Михаил поднялся на ноги, пошатываясь.

– Ниэль.

– Ниэль…

Михаил перестал сопротивляться и расслабился, раскрылся. Он скривил губы в улыбке и закрыл глаза, впервые за долгое время почувствовав, что может на что-то повлиять…

– Давай попробуем изменить нашу судьбу вместе.

Михаил проснулся на полу кухни.

– Я теперь – Ниэль, – пробормотал он. – Новая жизнь.

Он сел и огляделся, по-прежнему была ночь. Голова продолжала ныть, но уже не так сильно.

Покачав головой и с трудом поднявшись на ноги, Ниэль размял затёкшие конечности. Он глазами нашёл выход и направился к нему, привыкая к своему телу, личности. Вышел из землянки и посмотрел на небо. Большая Белая луна освещала трущобы под названием Яма. Рядом с ней висела Зелёная луна поменьше, придавая свету Белой изумрудный оттенок.