Проклятый морем

– Но почему же ночью, мой дорогой? К чему такая секретность? Можно подумать, что вы замешаны в контрабанде.

– Это мое личное дело, ? отрезал постоялец, стиснув рукоятку ножа, ? Однако ваше любопытство может вам дорого стоить.

И больше не обращая внимания на слугу, он медленно полз по скале, оберегая свою драгоценную ношу от падения. Когда колдун оказался наверху и вошел в замок, Амадеус подумал: «Интересно, что может быть у него в сундуке? Может быть, и инструмент, но мне сдается, что это краденое золото. Ничего, это мы проверим.

Будем убирать комнату и проверим. И все-таки в бессонице есть свои плюсы» ? заключил он. Только под утро Амадеус прилег на кровать и, незаметно для себя, заснул.

3

А Альбус, забросив все свои занятия алхимией, слушаясь голоса своей молодой крови, днем и ночью думал только о прекрасной Эльвире. Он ждал новых встреч с нетерпением, а расставаясь, мечтал увидеть девушку снова. Ее отец, видя, что отношения молодых людей зашли уже слишком далеко, поймав юношу на лестнице, положил ему на плечо свою костлявую холодную руку.

Альбусу, казалось, что кровь у него в жилах загустела и остановилась, не поступая в артерии. Под взглядом черных, как два бездонных колодца глаз, который, казалось проникал в самые потаенные уголки души Альбуса, молодой человек казался себе жалким карликом перед, одетым в черное, великаном.

– Мой милый юноша, ? начал колдун мягким, елейным голосом, в котором чувствовалась порция горечи и желчи, ? Вы должны принять решение, от которого будет зависеть ваша дальнейшая судьба и жизнь.

Я требую от вас прямого ответа: женитесь ли вы на моей дочери Эльвире или нет?

Альбус, опустив голову под пристальным взглядом колдуна, произнес виновато:

– Я еще не разобрался в своих чувствах. Мне нужно подумать.

– У вас было время подумать, ? настаивал постоялец, бледнея.

Его лицо теперь напоминало страшную, словно вылепленную из гипса, маску. Он нападал на бедного юношу, не давая ему опомниться.

– Я жду от вас ответа!

Костлявые пальцы больно сдавили плечо Альбуса.

Юноша задрожал всем телом.

– Возможно, я скажу вам об этом через неделю, ? промямлил Альбус, так и не решаясь посмотреть в черные колодцы глаз постояльца.

Ногти колдуна, длинные и тонкие, похожие, скорее, на когти хищной птицы, впились в плечо молодого человека, рассекая кожу и добираясь до самой кости. Он жутко рассмеялся. От этого хохота веяло холодом могилы, самым дном Ада, тронным залом самой преисподней.